Много лет отечественные фантасты мечтали о покорении человеком космоса. В антологии «Лучшая космическая фантастика, или Космос будет нашим!» представлены лучшие произведения признанных русскоязычных авторов разных поколений: от классического рассказа братьев Стругацких «Десантники» до нового рассказа Сергея Лукьяненко «Мальчик-монстр», ранее в книжных изданиях невыходившего.
Авторы: Аркадий и Борис Стругацкие, Сергей Лукьяненко, Первушина Елена Владимировна, Балабуха Андрей Дмитриевич, Логинов Святослав Владимирович, Дивов Олег Игоревич, Громов Александр Николаевич, Первушин Антон Иванович, Михайлов Владимир Дмитриевич, Рыбаков Вячеслав Михайлович Хольм ван Зайчик, Етоев Александр Васильевич, Бессонов Алексей Игоревич, Прашкевич Геннадий Мартович, Афанасьев Леонид Б., Измайлов Андрей, Юлий и Станислав Буркины, Михайлов Владимир Георгиевич
а попросил через меня перед тобой извиниться. Ну стресс, минутное затмение, нервы, лишний стакан. Короче, извини. Губаря. Гош?
— А сам он не мог мне сказать? По-мужски! Почему через тебя?
— Когда? Он же сразу, через трое суток, — на Байконур, в ТКС, и — к «Алмазу». Вместе с Большой.
— Ну да, ну да…
— Он больше не будет. Гош?
— Ладно, проехали.
— Он сказал «Проехали!» и махнул рукой…
— Вик-тор! Все-таки напрашиваешься?
— Шутка!
— Плохая шутка!
— Хуже, чем про шнурки?
— Да елки-палки!!! Не шнурки это были. Тесемка от кальсон вылезла!
— О, это, конечно, в корне меняет дело! Тесемка от кальсон — абсолютно иное!
— Виктор Степаныч, почему вы все меня так не любите?
— Да ты что, Егор Лексеич! Наоборот! Обожаем! Весь советский народ! От мала до велика! В едином порыве! И беспробудно пьем твое здоровье! Как Хрущ в Георгиевском зале: «Хочу выпить за первого-нашего человека, поднявшегося в Космос и опустившегося там, где ему приказано!»
— Серьезно. Не про народ. Про наш отряд.
— Серьезно? Не про народ? Про отряд?.. А за что, Гош? Любить тебя — за что?.. Первый? Ну первый! Погрузили, как чурку с глазами, намалевали на лбу «СССР», запустили, потом встретили как опустившегося там, где ему приказано. Улыбочку, улыбочку!
— Я ведь мог тогда и не вернуться, Вик…
— Каждый из нашего отряда мог тогда не вернуться. Пусть номером вторым-третьим-четвертым. Гера, Толя, Андрон… я, в конце концов. Да что там! Саша Комарин на «Звезде» — не вернулся.
— Моя вина?!
— Никто тебя не винит. Просто…
— Зависть?
— Н-не так. Досада. Легкая. В манере «на его месте мог быть я».
— На месте Комарина?
— Не юродствуй, Гош… Впрочем, по сути, мы на месте Комарина сейчас, на «Звезде».
— Тьфу-тьфу-тьфу.
— Брось! Дважды в одну воронку…
— Нет, если задаться целью…
— У нас ведь с тобой другая цель. Так, Гош?
— А то ж!
— Итак, цель — потенциальный противник, ракетоплан-перехватчик «Дайна-Сор-2».
— Почему?
— Гош?
— Почему потенциальный? Оч-чень даже кинетический!
— Угу, смешно.
— Не смешно.
— Не смешно, да. Попытаемся быть первыми, чтобы смеяться последними. Как-то они там, Губарь с Большой, «орланы» наши…
— Думаю, сложно.
— Успеем, Гош?
— Должны, Вик…
— А что если…
— «Орлан-2», «Орлан-2»! Ответьте «Антею»! «Орлан-2»! Ответьте!!! «Орлан-2»! Ответьте «Антею»!
— Волына, оглох?! Алик!!! Ответь! Видишь, я занят! Я ж пленку проявляю! Ответь, ну! Это же ЦУП! ЦУП на связи! ЦУП, твою мать!
— Да тумблер заклинило, Костя, тумблер! Сейчас! Сейчас-сейчас… Вот! Уф!.. «Антей», «Антей»! Я — «Орлан-2», я — «Орлан-2»! Слышу вас хорошо, слышу вас хорошо!
— Да ты не слышь меня, майор, а докладывай! Это я тебя слушаю! Ну?! Докладывай!
— Есть! Мм… Значит, так… Тут такая петрушка… В общем, на первый взгляд всё паршиво, но если присмотреться…
— Волына! Вернешься на Землю с «Алмаза» — разжалую в сторожа! По периметру Байконура! И Губаря — до кучи!
— …но если присмотреться, то так оно и есть.
— Вол-л-л-лына!!! Дай-ка Губаря!
— Виноват! Докладываю! Полковник Губарь занят проявкой пленки. Сейчас подойти не может. А то засветит. Тут интересная петрушка… «Антей», «Антей»! Слышишь меня? Кажется, мы их зафиксировали. Буквально с минуты на минуту они способны запустить «Джемини» к Луне. С последующей посадкой и высадкой… Ну понятно, да? Так что делайте что-нибудь, делайте.
— Это мы — делайте?! Это вы делайте!!!
— Что?
— Что-нибудь!
— Виноват, не понял!
— Так-к-к! Волына, дай-ка все-таки Губаря!
— Я ж говорю, он…
— И это уже приказ!!!
— Есть!.. Губарь! Костя! Тебя…
— Я ж говорю, я…
— А они говорят: и это уже приказ.
— Вот блин!.. Да, здесь «Орлан-2»! «Антей»?
— Костя, давай открытым текстом. Не до того! Это ЦУП, ЦУП!
— Понял я, понял, товарищ генерал.
— Значит, Костенька, родненький… Значит, вот ситуация… Нам звонили из… Тебе понятно, да? Нахмурь брови и пойми. Брови, понял, нет? Сказали, если на первом году после пятидесятилетия советской власти на Луне высадятся астронавты, а не космонавты, то… Понимаешь?
— Так точно, товарищ генерал!
— Пленку проявил?
— Почти.
— Ай, не важно уже! Но ты на сто процентов уверен, что они запускают свое… свой… к Луне, на Луну?
— На девяносто девять, товарищ генерал.
— Достаточно. Теперь послушай меня, сынок. Внимательно, Костенька, меня послушай.
