Космическая фантастика, или Космос будет нашим!

ощущение счастья.
— О-о, какое вранье! Когда это чувство правды давало ощущение счастья?! — фыркнул Кучкин. — Эх, Господи Иисусе, я сейчас уссуси…
С этими словами он отвернулся от Девы, пнул ногой рундук-холодильник, стремительно пролетел головной модуль насквозь и скрылся за переборкой.
— Следите за Чарли! — раздался оттуда шепот. Шульте сместился вперед и заглянул Аллену в лицо.
Астронавт сидел с закрытыми глазами, расслабленный, безмятежный. Судя по всему, он больше не хотел психиатра.
— Эй! — крикнул Шульте. — Прекратите это! Чарли! Очнись!
— Через несколько минут, — сказала Дева. — Он недавно перенес шок, нужно сбалансировать его психическое состояние.
— Я требую немедленно! — Шульте принялся трясти Аллена, но тот был словно кукла.
— Через несколько минут.
— Чарли! — Шульте отвесил Аллену звонкую пощечину.
— Вот это по-нашему, по-бразильски! — обрадовался за переборкой Кучкин. — Слушайте, какая пакость, я эту бабу через стенку вижу!..
— Рожнов! Аптечку! Найдите стимулятор!
— Не мучайте его, — попросила Дева. — Потерпите немного. Вы ничего не измените — он все равно уже обрел знание. А сейчас мы оптимизируем психику, сильно пострадавшую из-за вчерашнего инцидента. Если не будете вмешиваться, получите своего коллегу совершенно здоровым.
— Да как вы смеете?!
— Мы смеем и не такое! — сказала Дева.
Шульте оторвался от Аллена и посмотрел на нее очень внимательно. И Рожнов замер, не дотянувшись до аптечки. Впервые Дева использовала угрожающий тон, и получилось это чертовски внушительно.
— С этого места поподробнее! — крикнул Кучкин. — И хватит мне мерещиться, черт побери, я тут интимным делом занят!
— Так что же вы смеете? — поддержал его Рожнов. — Мешать нормально жить? Водить за руку? А убивать?
— Люди, почему с вами настолько трудно, почему вы не хотите добровольно познать, увидеть?
— А вы нас заставьте. Вот как Чарли.
Аллен вдруг негромко всхрапнул.
— Никто его не заставлял. Не будите, пусть отдохнет. Заставлять — это крайность, и к свободе не идут через принуждение. А вас мы хотим видеть именно свободными. Пришедшими к выбору через знание. Вслушайтесь: мы — это вы. Мы начинали так же. Только наша цивилизация раньше свернула с гибельного пути. У нас тоже были проблемы, кризисы, случались войны, хоть и не такие масштабные, как ваши… Но мы вовремя получили знание. Как видите, ничего страшного в этом нет…
По телу Девы снова пробежала легкая рябь.
— Это не я, — сказал Рожнов. — Наверное, у всемогущих глючит связь. Слушайте, так, значит, вы не сами выдумали это бла-бла-бла?
— Бла-бла-бла? — Лицо Девы, до этого совершенно бесстрастное, впервые показало, что может выражать эмоции. Оно изобразило легкую усмешку. А потом случилось нечто.
— Назад! — взревел Шульте. — Вернись!
Рожнов нырнул под пульт командного поста.
Кучкин выскочил в головной без штанов, сжимая в руке отвертку.
Аллен все спал.
— Значит, изначально был выбран удачный образ, — констатировала Дева, принимая свой прежний вид.
Шульте, тяжело дыша, растирал грудь в области сердца.
Рожнов, совершенно белый, опасливо выглянул из-за пульта.
— Милая б-барышня! — произнес он с запинкой. — Зачем же так пугать?! Это грубо и негигиенично. Я чуть не испортил свежий памперс.
Кучкин медленно, поигрывая отверткой, подплыл к Деве и залепил ей оплеуху. Рука прошла насквозь, Кучкина закрутило, он с трудом остановил вращение.
— Не дури, — сказал Рожнов. — Она даже не голограмма. Это ты себе по мозгам дал. Врезал своему воображению.
— Плевать. Очень хотелось.
— Ты что видел?
— Чужого из кино. Во всех подробностях. Запах его почувствовал, сопли эти отвратительные…
— Откуда ты знаешь, как пахнет чужой?
— Теперь знаю. Командир, вы в порядке?
— Да, — кивнул Шульте. — Просто это было слишком неожиданно. И, знаете, немножко больно увидеть себя мертвым на мертвой платформе. Вчера. Я не думал, что мы прошли так близко от края.
Аллен немного пошевелился во сне и захрапел всерьез.
— Негодяй, то он в депрессии, то спит! Нам бы так! — Рожнов вылез из-под пульта и уселся в кресло. Достал из нагрудного кармана белую коробочку, что-то выщелкнул себе в рот и принялся жевать.
— Дайте мне, — попросил Шульте.
— Нам доктор прописал. А вам, может, вредно.
— Дайте!
— Не спешите! — с заметным нажимом произнесла Дева. — Прием транквилизаторов сужает канал восприятия. Вам будет труднее овладеть знанием. Поймите, вы находитесь в ключевой точке. От вашего решения