Космические бродяги

откладывал в сторону. Сундучок еще далеко не опустел; причем там оказался и второй кусок кожи, а под ним — другие сокровища! Нейл сел на пол, все еще придерживая рукой крышку сундука, и задумался. Два ряда сокровищ, совершенно одинаковых. Что, если и другие клады, найденные на участках, были такими же?
Это ритуальные предметы, принесенные в жертву, или важные метки? Поиск ответа в памяти Айяра не дал результата. То ли Айяр об этом не знал, то ли между его памятью и Нейла Ренфо поставили барьер. Но все же имелась какая-то причина прятать эти веши здесь и в лесу. Сундук был отодвинут от других — зачем? Чтобы легче было извлечь из него часть содержимого. Опять-таки — зачем? Этот вопрос можно было задавать до бесконечности, и не исключено, что где-нибудь еще в Ифтсайге найдется ответ. Но когда юноша отправился вниз по шесту-лестнице, то обнаружил, что вход в нижние комнаты запечатан. Расстроенный, он вернулся в ту комнату, где спал, и решил подняться выше.
Здесь не было личинок-ларгасов на потолке, лишь серый свет проникал сквозь дупло. Комната встретила его пустотой, слоем пыли и несколькими сухими листьями. Возможно, и на более высоких уровнях было то же самое, но Нейл все-таки решил посетить еще одну-две комнаты.
Он как раз находился на столбе-лестнице, когда услышал яростное щелканье, закончившееся свистящим призывом, в котором явно слышалась настойчивость. И Айяр ответил на это, рванув вверх на максимальной скорости. Нейл увидел хлопающие крылья, почти человеческое лицо, покрытое перьями вместо кожи, и громадные глаза, окруженные темным кольцом, отчего они казались еще больше. Эта птица с Януса была не маленькой — размах крыльев составлял почти пять футов. Ее тело, одетое в пушистые бело-серые перья, мощные когтистые лапы были просто созданы для охоты. Речь? Нет, свист и щелканье большого изогнутого клюва не напоминали человеческую речь. Однако это крылатое существо узнало его, просило о помощи, напоминая о союзе между ними!
Союз… Не тот, что существует между человеком и управляемым инстинктом животным или птицей, а союз между равными формами жизни, партнерство равных, хотя и различных разумов. Осознав это, в первое мгновение Нейл был так поражен, как если бы дерево, укрывшее их обоих, заговорило по-человечески.
Птица была ранена, в нее стреляли из бластера. В мозгу Ренфо возник искаженный мысленный образ охотника, похоже, переданный ему другим разумом: кто-то из служащих порта решил поохотиться от скуки. Теперь просьба о помощи и внимании стучала в висках подобно резкой боли.
Рана была не столь значительна, чтобы покалечить птицу, лишить ее возможности летать. Юноша принял еще одно расплывчатое мысленное впечатление жертвы, перелетавшей с дерева на дерево, чтобы уйти в лес подальше от преследователей, но не имел ни малейшего представления, что делать с такой раной.
Птица сидела, сложив здоровое крыло и распустив больное. Юноша вздрогнул, когда чужое сознание в очередной раз насильно вторглось в его собственное.
— Да! — сказал он вслух, словно птица могла его понять. — Да!
Нейл быстро спустился в свою бывшую спальню. Когда он доставал одежду из плетеной корзины, ему на глаза попался мешочек. И сейчас, обнаружив его на прежнем месте, Ренфо повесил мешочек за шнурок на руку, а затем снова поднялся туда, где ждала птица.
В мешочке оказались две небольшие круглые коробки из коры. Осторожно смешав измельченные в порошок листья из одной коробочки с пастой из другой, юноша бережно смазал след от ожога на крыле. Птица снова засвистела и прошлась по ветке, словно пробуя свои возможности, но взлететь не пыталась.
— Кто ты? — неожиданно спросил Нейл. Но ответ пришел не от птицы, а от Айяра.
Кваррины, древесные жители, в далеком прошлом заключили договор с ифтами, которые тоже любили лесной мир. Охотник на двух ногах и крылатый охотник; воин с мечом и воин с когтями при необходимости охотились и сражались бок о бок, потому что могли в какой-то мере общаться друг с другом. Раненый кваррин отправился туда, где надеялся найти помощь, и требовал ее от Нейла по праву.
Движимый каким-то непонятным чувством, Ренфо протянул правую руку. Круглая голова с ушами в пучках перьев, напоминающими остроконечные уши Айяра, чуть наклонилась вперед. Большие глаза изучали протянутую руку со странной настойчивостью. Затем голова наклонилась ниже, страшный крючковатый клюв сомкнулся на запястье и почти сразу же отпустил — так человек пожимает руку своему товарищу в знак благодарности и дружбы. Юноша, довольный, улыбнулся. Нейл-Айяр больше не одинок в мертвом Ифткане.