Космические бродяги

от Зеркала к Тому, Что Ждет, — страх воина, вызываемый ощущением опасности вокруг и необходимостью самозащиты. Сейчас он боялся за Иллиль так сильно, что все остальное меркло перед этим страхом.
Ее могли бы оживить Джервис или Зеркало Танта, будь они неподалеку. Но раненый Айяр не сможет нести Иллиль через пустошь. Значит, как это ни ужасно, придется опять оставить ее здесь, самому же отправиться к Джервису, уже не только ради известия о Том, Что Ждет, но и ради спасения Иллиль.
Не торопясь, с мукой в сердце, со всей возможной заботливостью юноша уложил хрупкое тело снова в ту же расщелину и прикрыл отверстие камнями. Потом постарался уничтожить все следы своего пребывания здесь. Завершив этот печальный труд, Айяр долго сидел, отдыхая и размышляя над тем, где раздобыть пищу и воду, без которых пускаться в дальний путь к морю было бессмысленно. Наконец он заставил себя встать и, тут же споткнувшись, пытаясь сохранить равновесие, схватился за какой-то куст. Созревающие стручки скользнули между пальцев. Фисан! Он нарвал горсть стручков, раскрыл их, съел семена. Еще терпкие, темные горошины все-таки помогли утолить голод. Поев, он собрал остальные стручки и завязал их в уголок плаща, взятого из склепа Иллиль. Теперь вода…
Юноша прислушался и уловил чуть заметный запах влаги: неподалеку протекал узкий ручеек. Преодолевая слабость, он добрался до него, напился всласть и заодно смыл с себя грязь холмов и долины. Взять с собой воды было не во что. Придется терпеть весь путь через пустошь.
Айяр побрел к краю долины, боль в ноге по-прежнему терзала его. Проходя мимо того места, где лежала Иллиль, он не замедлил шаг: побоялся, что не хватит мужества уйти. Надежды на то, что удастся дойти до своих и вернуться сюда с помощью, почти не было. Но юноша заставил себя не думать об этом. Под надежным покровом ночи он пересечет Белый лес; мысли об этом придавали ему сил. Время от времени он останавливался и жевал семена фисана.
Прошло несколько часов. Лес из кристаллов остался давно позади, и Айяр уже почти преодолел пустошь, когда в небе откуда-то с запада вдруг появился луч света, похожий на сигнал маяка.

Прижавшись к скале, Айяр следил за лучом, который брал начало где-то в узкой полосе между пустошью и очищенными Зеркалом землями. Иногда по нему, словно по поверхности воды, пробегала рябь, и в эти мгновения юноша чувствовал в груди нечто вроде ответной дрожи, а в сознании возникало побуждение идти к лучу. Впрочем, двойное сознание Нейла-Айяра успешно сопротивлялось опасному зову.
Луч неожиданно качнулся вниз, теперь он был направлен не в небо, а на участки поселенцев за рекой. Сначала он, как бы уточняя направление, перемещался туда-сюда в малом диапазоне, но затем, очевидно найдя цель, замер, и световая рябь по нему побежала все быстрее и быстрее. Яркость тоже увеличивалась и в конце концов стала невыносимой для глаз. Айяр опустил взгляд. Он понял, что неведомый луч, освещая какие-то определенные участки, очевидно, призывает их обитателей под власть Того, Что Ждет. Однако ифтами враг управлять таким способом не мог, и в этом заключалось их небольшое преимущество. Хотя — кто знает, что еще здесь служит Тому, Что Ждет, и может угрожать жизни и свободе ифтов?
Один раз, ближе к рассвету, ему послышался далекий вопль вайта, и он остановился, со страхом ожидая ответа откуда-нибудь поблизости. Но то был единственный звук, не считая редких порывов ветра. По небу потянулись облака; стало холодно. Юноша споткнулся о камень и так сильно навалился на лук, что сломал его. Пора отдохнуть: неужели он сможет заставить себя тащить свое измученное тело дальше? Поиски убежища затянулись, наконец ему попался участок безлиственного кустарника, и Айяр, со свойственным ифтам инстинктом доверять растениям, забился в самую середину кустов, расправив затем ветви так, чтобы скрыть лаз. Он съел немного семян фисана, устроился поудобнее и едва смежил веки, как тут же провалился в сон.
…Опять он находился в месте без примет, и снова перед ним была игральная доска. Айяру казалось, что на его стороне доски фигурки ифтов и деревьев-башен как бы сплотились в единое целое, словно готовясь к последнему бою, тогда как на стороне невидимого противника перестраивала ряды целая армия — служащие космопорта, ларши, лжеифты, поселенцы. Некоторые из этих фигур внезапно выдвигались вперед, словно совершали ложный выпад, пытаясь спровоцировать Айяра на опрометчивый шаг. Но он внешне никак не реагировал на это, продолжая изучать пестрый состав вражеских соединений, фиксируя в памяти каждую фигуру. Дольше всех его