Кот особого назначения

замялся Маркиз.
– В чем дело? – холодно спросила Лола.
– Понимаешь, я думаю, что у Валентины… то есть у меня, то есть у нас с Валентиной контакт получится более быстрый, если я поеду один.
– Вот как? – Лола подняла брови.
– Послушай, я считаю, что так будет лучше для дела! – Леня повысил голос, так что Пу И поглядел удивленно.
– Ну что ж, раз так будет лучше для дела, я желаю тебе очень плотного контакта! – издевательски сказала Лола и отвернулась.
– Не думай, что ты будешь спокойно отдыхать, пока я работаю! – вспылил Маркиз. – Для тебя тоже есть дело.
– Вступить в тесный контакт с управляющим банка? – фальшиво оживилась Лола.
– Нет, проследить за его пассией Аллой Леонидовной. Что-то мне подсказывает, что с этой вдовушкой мы наживем еще массу неприятностей. Уж очень она активна. Нет бы дома сидеть, и если уж не может скорбеть, то хоть бы вид сделала. А она мотается по городу, киллера наняла… Лолка, нужно выяснить, что у нее за проблемы.
– Но я не могу бегать за ней пешком, если она на машине!
– Я это предвидел и уже договорился с Ухом, он пригонит тебе машину, – невозмутимо ответил Леня.
Парень по кличке Ухо был давнишним приятелем Маркиза и большим специалистом по самым разным автомобилям. Он мог угнать любое транспортное средство, начиная с инвалидной коляски и кончая бронированным «Мерседесом». Однажды он угнал, по Лениному заказу, инкассаторский броневик, в другой раз позаимствовал на время автокран со стройки. Он утверждал, правда, что угнать автокран было легче легкого.
– Лолочка, – заискивающим тоном заговорил Леня, – погладь пожалуйста рубашку. Я купил новую, но на ней какие-то складки…
– Когда ты в темных очках и в этой ужасной кепочке, – злорадно сказала Лола, – рубашка значения не имеет, хоть бы ее и вовсе не было.
– Думаю, что во Всеволожске мне не нужно соблюдать конспирацию, кепочку там сниму, очки тоже, и куртку…
Ты что – догола перед этой Валентиной раздеваться собираешься? – вскипела Лола, – может быть тебе еще трусы погладить и бантик кое-куда завязать?
– Лола, что за манеры! – рассердился Леня.
– Езжай к своей секретарше, там и будут тебе манеры! – крикнула Лола. – «Ах, Леонид, вы спасли мне жизнь, ах, как я вам признательна, ах, я потеряла любимого человека!..»
Вышло так похоже, что Маркиз рассмеялся, но рубашку все равно пришлось надеть мятую.

До Всевложска Леня доехал довольно быстро. Он без труда нашел дом, где жила Валентинина тетка, и притормозил, заметив, что из калитки вышла эта самая тетка – немолодая женщина в темном плаще и резиновых ботах. Леня решил с теткой не встречаться – так, на всякий случай.
Заглянув через забор, он заметил Валентину в саду. В старых вылинявших джинсах и длинном, до колен, свитере, она занималась сельскохозяйственными работами. После ночного дождя в саду приятно пахло прелой землей и увядающей травой. Валентина ловко работала тяпкой и что-то вполголоса напевала. Для женщины которая, по ее словам, несколько дней назад потеряла любимого человека, и которую только вчера пытались убить, Валентина выглядела довольно бодро. Леня кашлянул, она подняла голову и прищурилась на низкое осеннее солнце.
– Не пугайтесь, это снова я, – улыбнулся Леня.
– Ах, что-то случилось?– Сказала Валентина и схватилась за сердце.
– Мне нужно с вами поговорить.
Валентина снова ахнула, оглядела себя и убежала в дом. Леня вздохнул и вошел в калитку. Валентина появилась минут через десять. Она надела длинную юбку в бурую клетку и серую старушечью кофту. Леня не удивился, если бы она повязала голову платком, но нет, бывшая секретарша ограничилась тем, что зачесала волосы гладко и стянула их черной шелковой лентой. Глаза ее были опущены долу, губы скорбно сжаты, а на лице вместо косметики было постное выражение, как у монахини.
«Эк ее разбирает, – расстроился Леня, – в старых джинсах и то лучше была».
– Дорогая Валентина Васильевна, – начал он официальным голосом, – только вы одна можете мне помочь!
– Присядьте, – перебила его Валентина, – может, хотите кофе? Или чаю? Или компоту? Я компот сварила. Из сухофруктов.
Леня вспомнил, что последний раз ел компот из сухофруктов лет двадцать назад в пионерском лагере. Нельзя сказать, чтобы он сохранил о том компоте теплые воспоминания, поэтому сейчас решил согласиться на кофе. Валентина кивнула и надолго скрылась в кухне. Леня, ожидая ее, извелся на неудобном диване с валиками, он даже вспомнил, что такой диван был у его бабушки и назывался он оттоманкой.
Наконец появилась Валентина, путаясь в длинной юбке. В руках у нее был жостовский поднос,