Вы верите в любовь и привязанность? Хотите иметь это в своей жизни и отношениях? Мечтаете встретить того или ту единственную, которые будут чувствовать и понимать вас без слов? Герои этой истории не желают ничего подобного. Они четко знают истинную ценность и стоимость всего, даже сексуального интереса и прекрасно умеют извлекать выгоду и из столь эфемерных активов.
Авторы: Горовая Ольга Вадимовна
ином. Карина едва не рассмеялась — его счастье, что ни он, ни она — не заинтересованы. Подобного пренебрежения к собственной персоне соискателю на покровителя она бы в жизни не простила.
Оглянувшись, Карина заметила, что в баре, действительно, не было ни свободных столов, ни мест у стойки. Впрочем, это Соболева не оправдывало.
— Этот столик тоже занят. — Заметила она, пока он заказывал подошедшему официанту коньяк.
— Ничего. — Отмахнулся Константин, поджигая сигарету. — Ты мне не мешаешь.
Она удивленно приподняла брови.
— Ты не думал, что можешь помешать мне?
— Чем? — Искренне удивился Соболев и даже на минуту действительно посмотрел на нее, а не вскользь.
— Своим присутствием. — Прозрачно намекнула Карина.
— Я умею молчать не хуже тебя. — Хмыкнул Соболев. — Да и, вообще, просто хочу подумать. Но если у тебя какие-то проблемы с этим, пожалуйста, — он махнул рукой, словно отпуская ее. — Я тебя не держу.
Карина прикрыла глаза на секунду, не зная, то ли рассмеяться, то ли дать ему гневный отпор. Вроде и жила среди этих мужчин двадцать лет, а до сих пор иногда искренне умилялась их непосредственности и самомнению.
Но потом ей стало безразлично. Какая, действительно, разница, если он не будет ее трогать? То, что молчать Соболев умел, она, и правда вчера убедилась. Так что, если только ему не придет в голову снова пытаться снять на ней свое раздражение — пусть сидит. Выгнать она его не сможет, Константин явно демонстрировал, что обосновался за ее столом надолго. А если что — помешать уйти Карине никто бы не смог. И это ничуть не скажется на ее самоуважении и гордости.
Так что она просто хмыкнула и вернулась к своим фисташкам.
Он, и правда, ее не отвлекал. Только пару раз Карина поворачивалась в сторону Соболева. Когда тот зачем-то попросил у официанта коробок спичек, хотя его зажигалка лежала на столе. И когда у Константина тихо завибрировал телефон.
Карина не прислушивалась. Да и не к чему было, Соболев снова только слушал. Хотя и не удержалась, пару минут удивленно следила за тем, как он после этого звонка раскладывает на деревянной поверхности стола спички, вертя их то так, то эдак. Ей это что-то напоминало, вот только что — не могла вспомнить. Да и не верилось, будто Соболев играет, как малый ребенок, складывая фигурки из палочек.
— Штирлиц. С детства дурная привычка осталась. — Видимо, заметив ее интерес и недоумение, мимоходом бросил Константин, и вернулся к своему странному занятию.
А Карина только через минуту осмысливания вспомнила, что именно так делал герой знаменитого советского фильма, когда размышлял. И легко покачала головой, искренне недоумевая, как при всей своей силе и влиянии, при характере, который позволял им столько добиться — многие мужчины оставались детьми, до сих пор играющими в шпионов, супергероев и сыщиков? И, самое странное, что им это сходило с рук.
Ни одна женщина в этом окружении не смогла бы позволить себе подобное сумасбродство. Слишком дорого пришлось бы за такие глупости платить.
А, вообще, странный это был вечер. Вроде бы как-то сильно напоминал прошлый, только без всех неприятностей, которые сыпались на Карину вчера. Они точно так же молча сидели в компании друг друга, не мешая думать каждому о своем. Соболев так же курил, только меньше. И совсем не пил из своего бокала. Только и делал, что передвигал спички, видимо, размышляя о чем-то.
И даже ушли, можно сказать, так же, как и вчера — вместе. Константин просто поднялся следом за ней, когда Карина решила, что пора возвращаться в свой номер. Хоть и не произнесли ни слова: ни расплачиваясь за нетронутый коньяк и вино, каждый сам, ни поднимаясь после в лифте.
И в тоже время, совсем другой вечер. И молчали они — иначе. Только вот как — Карина пока не смогла понять.
Закрыв за собой дверь номера, она решила, что ей, действительно, надо отсюда уезжать. И не только в Шамалко причина. Карина знала много мужчин. Немало из них она узнала достаточно близко. У нее были и «рабочие отношения» и «романы» для собственного удовольствия, когда те, кого она выбирала — ей нравились. Эти мужчины были приятны ей физически, они вызывали отклик в ее теле. Добился этого и Константин. С теми мужчинами, как и с ним сегодня утром, ей было весело и интересно флиртовать и играть, это забавляло и развлекало.
Но не с одним еще мужчиной ей не было комфортно и спокойно молчать.
Обычно молчание вокруг Карины было наполнено болью и страхом. Даже тогда, когда она была одна. И не стоило забывать о дорогих уроках, преподнесенных жизнью.
Вернувшись в номер, Константин несколько удивленно посмотрел на Никольского. Тот звонил ему с час назад, пока Костя был в баре, чтобы
