Анна сидела, тупо уставившись на труп. Она совершенно ничего не понимала. Кто мог убить Пашку в ее квартире, ее кухонным ножом? Конечно, только она. Если даже сама Анна не находила более подходящей кандидатуры в подозреваемые, то что говорить о милиции? Но ведь Аня не убивала этого мерзавца, хотя сегодня она так была зла на Пашку, что просто пришибить его хотелось!..
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
Вадим подвозил нас с Павлом в роковую ночь с пятницы на субботу. Когда Вадим сел за руль, я удивленно спросила:
— Как же ты поедешь? Ведь ты пил!
— На меня такое количество алкоголя не действует, — ответил он самоуверенно, как все мужчины, — а если остановят, у меня есть деньги.
Доехали мы действительно без приключений.
По дороге я несколько протрезвела и задумалась: не совершаю ли я ошибку? Еще недавно я была уверена, что Вадим не тот, за кого себя выдает, что он ведет какую-то нечестную игру, а теперь еду к нему домой, можно сказать, как глупая овечка в волчье логово…
Но какой-то внутренний голос говорил мне, что на Вадима можно положиться, ему можно верить. Он учился у Татьяны Петровны, а это — самая лучшая рекомендация…
У него была небольшая двухкомнатная квартира в Старой Деревне, на первый взгляд довольно чистая и прибранная. Во всяком случае, в моей квартире временами бывает гораздо больший беспорядок.
Вспомнив о своей квартире, я взгрустнула — когда еще туда попаду? Впрочем, грустить особо было мне недосуг — все на свете отдала бы сейчас за горячую ванну!
Вадим как будто прочитал мои мысли, потому что быстренько провел меня по квартире, показал маленькую комнатку с диваном, кухню и ванную.
— Располагайся.
Когда я вышла из ванной в длинном мужском купальном халате, Вадим сидел за компьютером и делал вид, что очень занят. На часах было около двенадцати, я безумно устала, но спать не хотелось.
— Может, я поставлю чайник? — неуверенно предложила я.
— У меня ничего нет к чаю! — не оборачиваясь, ответил он.
Тон его был так резок, что я даже обиделась. Если я ему так мешаю, то мог бы не звать к себе, я не напрашивалась. Сказал бы, что дома у него жена и семеро детей, я бы попросила пристанища у кого-нибудь другого.
— Извини, — Вадим выключил компьютер и развернулся ко мне, — кажется, я плохой хозяин.
Мы отправились на кухню и поставили чайник. Вадим с извиняющимся видом протянул мне пакет с окаменелыми сушками. На кухне у него было чисто, и даже — посуда вымыта. Я лично никогда не успеваю по утрам вымыть посуду, оставшуюся от завтрака.
За чаем я подумывала, не начать ли нам светскую беседу о погоде и о работе, как вдруг Вадим решительно отодвинул чашку.
— Ты не хочешь рассказать мне о своих неприятностях? — очень серьезно спросил он.
— С чего ты взял… — фальшиво удивилась я, но тут же замолчала.
Действительно, он видел меня в пятницу, ругающуюся с Пашкой, потом привозил мне пропуск, сегодня я заявила, что мне некуда идти… разумеется, у меня неприятности.
— Извини, я врач. Привык задавать интимные вопросы и получать на них правдивые ответы, — сказал Вадим. — Итак, ты поссорилась со своим другом, и он выгнал тебя из дому?
— Не совсем так, — пролепетала я, — ты уверен, что хочешь узнать о моих неприятностях? Видишь ли, не обижайся, но вряд ли ты сможешь мне помочь. Спасибо за то, что пустил переночевать, но если я мешаю, то уйду.
— Этого я и боялся, — вздохнул Вадим, — боялся, что ты заподозришь меня в непорядочности.
— Что еще?
— Ну, я же сказал тебе, что ты можешь переночевать у меня…
— Ну да…
— А ты ведь подумала небось, что я, как некоторые… ну в общем, что тебе придется…
Скажу честно, я ни о чем таком не думала, просто потому, что в мыслях у меня застряли более насущные проблемы. Как говорится, мне бы ваши заботы, господин кардиолог!
— Татьяна Петровна, — сказала я и поглядела на Вадима.
— Что?
— Нас познакомила Татьяна Петровна, — напомнила я, и он понял все, что я хотела этим сказать.
И сразу стало легко, исчезла неловкость. А я подумала немного и вдруг рассказала Вадиму про свои неприятности. Не про убийство Павла, нет, этого я сказать не могла — все слишком серьезно, к тому же нельзя впутывать сюда Алену. Я рассказала Вадиму про свою работу, и про Козлятьева, про то, что пропала машина с его «шедеврами», про дурацких козлов и про то, как на меня «наехали» бандиты.
— Они все считают, что это была я, — говорила я, — но я-то знаю, что меня там не было. Я проторчала в парикмахерской два часа, потом поехала домой…
Тут я заметила, что Вадим смотрит на меня с большим недоверием, и замолчала. Молчание затягивалось, он все смотрел на меня, и я с тоской думала, что придется уходить из этого дома. Вадим мне не верит. Но тут он пошевелился, протянул руку и погладил меня по щеке.
— Татьяна Петровна, — сказал он, и я поняла: физичка Татьяна Петровна была нашим гарантом доверия, так уж получилось.
— Тогда вот с пропуском, — оживилась я, — где ты его нашел?
— Завалился между сиденьем и дверцей.
