Козел и бумажная капуста

язычок убрался в свое гнездо. Взломщик дернул дверь, но она была заперта на задвижку, и открыть ее ему не удалось. Он еще несколько минут повозился с замком, и наконец все стихло.

Я перевела дыхание, но уже не ушла от двери — так и сидела на табуретке в коридоре, в ужасе глядя на замок; наконец на лестнице послышались уверенные шаги, и дверной звонок раскатился звонкой трелью.

Я подошла вплотную к входной двери и тихим испуганным голосом спросила:

— Кто здесь?

— Это я, Вадим! — раздался хорошо знакомый голос.

Я торопливо отодвинула задвижку, впустила Вадима и сразу же снова закрыла дверь на все запоры. Вадим окинул меня удивленным взглядом — наверное, вид у меня был тот еще — бледная, перепуганная, со всклокоченными волосами…

— Что с тобой случилось? — озабоченно спросил он, проходя вслед за мной на кухню.

Я налила нам кофе, села за стол и начала подробно и обстоятельно рассказывать — все, начиная со своей встречи с Аленой, поездки в деревню Зайцево, находки в Аленином багажнике, в корне изменившей мое отношение к лучшей подруге…

Закончив рассказ о своих приключениях, я подошла к тому моменту, когда вернулась домой, считая, что все испытания позади. Теперь я должна была перейти к звонкам шантажиста, но для этого нужно было рассказать Вадиму о страшной смерти Павла.

Я посмотрела на него — лицо у Вадима было и без того ошарашенное. Его можно было понять: рассказанная история гораздо больше напоминала голливудский боевик, чем реальные события из жизни молодой питерской женщины.

— Держись, Вадим! — сказала я ему с тяжелым вздохом. — Это еще были цветочки. Сейчас я тебе расскажу кое-что похлеще.

— Как, это еще не все? — проговорил он с непритворным ужасом.

Я набрала в грудь воздуха и, как будто прыгнула с моста в ледяную воду, одним духом рассказала о том, как вышла на улицу за сигаретами и, вернувшись, нашла труп Павла, о том, как приехала Алена и мы с ней увезли покойника в лес.

— Послушай, — произнес Вадим, когда я поведала ему самую колоритную часть истории и остановилась, чтобы перевести дыхание, перед тем как приступить к рассказу о телефонном шантажисте, — послушай, а у тебя, извини, никогда раньше не было… галлюцинаций? Очень уж все это звучит неправдоподобно.

— Да? — Я даже не обиделась на него. — А это — тоже галлюцинация? — и, как козырную карту, шлепнула на стол моментальную фотографию, которую подсунул под дверь шантажист.

Вадим замолчал и долго в полном изумлении разглядывал полароидный снимок.

— Откуда это у тебя? — спросил он наконец, подняв на меня совершенно растерянный взгляд. — Это что — Алена сфотографировала?

— Нет, — и я рассказала ему о телефонных звонках, о записной книжке Павла и о сегодняшней истории с подсунутой под дверь фотографией и с попытками вломиться в квартиру. — Поэтому я так торопилась запереть за тобой дверь, — закончила я, — и вообще, у меня такое чувство, что он ходит кругами где-то совсем рядом, следит за мной и за моим домом, знает обо всем, что я делаю, и едва ли не читает мои мысли. Я чувствую себя так, будто на меня нацелена снайперская винтовка с лазерным прицелом и палец убийцы уже лежит на спусковом крючке. Я уверена, что, если я отдам ему записную книжку Павла, он на этом не остановится.

— Все действительно очень серьезно, — проговорил наконец Вадим, — и первое, что нужно сделать, — это уехать отсюда, перебраться ко мне, причем сделать это незаметно, чтобы этот чертов шантажист не заметил твоего исчезновения.

В это мгновение, несмотря на то, что меня окружали неизвестные враждебные силы и впереди могла ждать куча неприятностей, я почувствовала себя на седьмом небе: Вадим взял руководство на себя.

Я почувствовала то, о чем давно мечтала. Сильное мужское плечо, на которое можно опереться. Широкую мужскую спину, за которой можно спрятаться от всех напастей и неприятностей. Спрятаться и немножко поплакать.

Что я незамедлительно и сделала.

И Вадим, кажется, правильно все понял и не испортил мне этого удовольствия.

Выплакавшись на сильном мужском плече, я ушла в ванную комнату, умылась теплой водой и почувствовала себя гораздо лучше. Выйдя из ванной, я с удивлением увидела, что Вадим забрался в кладовку и выкидывает оттуда в коридор разный старый хлам.

Мало мне было разгрома, который учинили у меня во время ночного обыска!

Я страшно рассердилась, но тут Вадим выкарабкался из кладовки с победным видом и с огромной коробкой из-под телевизора.

— Ну-ка попробуй, сможешь ли ты влезть в эту коробку?

От удивления я даже забыла, что собиралась его отругать.

— Что еще за идиотские фантазии? — возмутилась