мелочь в бездонной сумке.
— Что это? — Юля взяла в руки небольшую баночку.
— Гримм, — я выхватила у нее из рук баночку и запихала в сумку.
— Так вот почему ты сама на себя не похожа! — воскликнула Герцман.
— Хватит трепаться! — возмутилась я. — Помоги мне лучше.
Вскоре номерок все же нашелся, и со спокойной душой мы собрали с дивана остатки моих вещей в сумку.
Герцман уверенной походкой вела меня в сторону белоснежных зданий. Для того чтобы к ним выйти нам пришлось обойти весь парк. Когда я думала, что наше путешествие еще долго не закончатся, девушка остановилась перед одиноким светло-синим зданием. В сумерках это здание выглядело немного мрачновато, но если Юльку этот факт не смущал, то и меня не должен.
Яркая, разноцветная вывеска гласила о том, что мы находимся около бара с очень красочным названием «Радуга». Что-то меня терзают смутные сомнения…
— Ты идешь? — обернулась на меня Юлька.
Я кивнула, и мы вошли бар. Мы шли по длинному светлому коридору и уперлись в дверь, которую подруга поспешила открыть. Сразу послышалась музыка, смех и заикающееся пение.
Эта фраза вызвала всеобщий смех.
— Еще не вечер, а они уже пьяные, — бормотала Герцман. — Представляю, что с ними ближе к ночи будет. Давай сюда сядем.
Подруга опустилась на мягкий синий диванчик. Я последовала ее примеру и огляделась. На темно-синих стенах висели несколько больших плоских экранов, они были развешаны так, чтобы с любой точки помещения можно было видеть текст песни, появляющийся на экране. Много больших круглых столов, окруженные мягкими диванчиками.
— Может кальян? — спросила Юля.
— Если честно не хочется, — отозвалась я. — Может, для начала с парочки коктейлей начнем?
Девушка закивала головой. Напиваться мы не собирались, а просто хотели немного поднять себе настроение.
Через пару часов мы даже не поняли, как получилось, что около каждой из нас, оказалось, по пять пустых высоких стаканов. Настроение зашкаливало, а Юле очень захотелось спеть. Отговаривать я ее не стала и даже согласилась спеть дуэтом. Обычно я пою только для себя, но сейчас мне хотелось спеть для всех.
Мы взяли в руки микрофоны и начали ждать, когда на экране появится текст. А это, что за фигня? Кто поставил нам эту песню? Видимо нам сейчас придется веселить народ. Почему? Да потому, что мы сейчас должны будем спеть песню Михаила Гребенщикова. Ну, вы наверно слышали — он пел про батоны и булки.
Посетители веселились вместе с нами, а буквы на экране забавно приплясывали в такт музыке, затем они начали водить хоровод, а потом начали нам подпевать. Ой, как весело!
Посетители после песни начали нам аплодировать. Окрыленные таким успехом — мы выпили еще парочку коктейлей. Вообще-то мы напиваться не собирались — ведь нам завтра на учебу, само как-то получилось.
— Может домой? — я икнула.
— Пойдем, — икнула в ответ Юлька.
Когда мы почти покинули зал, то послышались просьбы, что бы мы ни уходили и спели еще раз. Нам пришлось отказаться, ведь мы действительно долго засиделись здесь.
— Василиса, ты такая хорошшшаяяя, — протянула Герцман.
— И тоже хрошая, — икнула я.
Мы поплелись на стоянку в поисках такси. Автобусы, конечно, еще ходят, но, ни мне, ни Юле в таком виде не хотелось ехать на общественном транспорте. Всю дорогу мы глупо хихикали, чем видимо очень раздражали дяденьку — водителя, который постоянно недовольно поглядывал на нас в зеркало.
— До завтра, — хихикнула Юлька, когда машина остановилась около моего подъезда.
— Пока, — я с большим трудом вылезла из такси.
Поход до моей квартиры вызвал некоторые трудности. Для начала нужно было поднять по ступенькам на второй этаж. А это, между прочим, ой, как нелегко! Да и ключи находиться совершенно не желали. На площадки возле квартиры мне вновь пришлось вытряхивать вещи из сумки. Поиски продолжались пятнадцать минут, но так и ничего не дали. Черт, неужели потеряла? Что теперь делать? Ведь родители уехали, ключей нет — куда мне идти? Не на улице же ночевать? Можно конечно позвонить Ромовым, но сомневаюсь, что они обрадуются тому, что я буду их смешать.
Решение было одно — придется пожить в гостинице до приезда родителей. Я вышла на улицу и осмотрелась.
