Эдуард Тополь представляет мировой бестселлер «Красная площадь», написанный «в стиле типичного американского триллера в соединении с глубиной и сложностью русского романа».В романе «Красная площадь» действие происходит в 1982 году. Расследование загадочной гибели первого заместителя Председателя КГБ приводит к раскрытию кремлевского заговора и дает живую и достоверную панораму жизни советской империи. Роман предсказал преемника Брежнева и стал международным бестселлером и классическим политическим триллером.
Авторы: Тополь Эдуард Владимирович
Из письма заведующего сектором печати ЦК КПСС В. Ильичева главному редактору газеты «Комсомольская правда» Л. Корнешову:
Согласно поступившему из Советского посольства во Франции сообщению, сегодня, 31 января, специальный корреспондент Вашей газеты Вадим Белкин, попросил политического убежища у правительства Франции. При встрече с представителем нашего посольства Вадим Белкин сообщил, что совершает этот поступок обдуманно, в знак протеста против отсутствия свободы творчества в СССР и из желания стать честным писателем.
По сведениям, переданным из посольства, прежде всего Белкин заявил, что намерен опубликовать в одном из западных издательств рукопись своего друга, следственного работника Игоря Шамраева, убитого сотрудниками КГБ в Восточном Берлине. Эту рукопись, сказал западным корреспондентам Белкин, Шамраев успел передать ему в Москве перед вылетом в Париж.
Предлагаю осудить этот поступок на общем партийно-комсомольском собрании редакции и усилить идейно-воспитательную работу среди сотрудников газеты.
Из секретной служебной переписки Генерального прокурора Союза ССР А.М. Рекункова с членом Политбюро, Председателем КГБ СССР генералом армии Ю.В. АНДРОПОВЫМ:
Ставлю Вас в известность, что закончить расследование в отношении разжалованного полковника милиции М. Светлова, виновного в гибели руководителей Отдела внутренней разведки МВД СССР A. Краснова, Б. Олейника, И. Запорожко и нашего следователя Н. Бакланова, не представляется возможным, поскольку обвиняемый впал в «реактивное состояние»: для бесед недоступен, боли не ощущает, находится в одной и той же неподвижной позе. В настоящее время он направлен в Институт имени проф. Сербского для проведения стационарной судебно-психиатрической экспертизы.
На старшего следователя Мосгорпрокуратуры B. Пшеничного мною наложено строгое дисциплинарное взыскание, он понижен в должности и переведен на работу в один из окраинных районов Московской области…
Передавая в печать книгу о советском следователе Игоре Шамраеве, написанную на основе его личных заметок, которые он отдал госпоже Анне Финштейн в Западном Берлине 27 января 1982 года, я должен сделать читателю несколько признаний.
Я хорошо и близко знал этого человека. Он действительно выручил меня в трудную минуту. Но, как видно из книги «Журналист для Брежнева», выручил вовсе не ради меня, а ради выгод, которые он получал при выполнении задания ЦК: продвижение по службе, новая квартира, повышение зарплаты и т.п.
Тем не менее, именно этот определенный моральный долг перед ним подвинул меня на каторжный труд переработки его беспомощных в творческом отношении заметок в некое подобие литературы. Не думаю, что мне удалось это до конца – и не только в силу моих скромных литературных способностей, но еще и потому, что реальный прототип – то есть сам Игорь Иосифович – противился в моем воображении тому образу талантливого, благородного, смелого и честного советского сыщика, за которого пытается выдать себя Шамраев в своих заметках.
На деле Игорь Шамраев был типичным серым служащим советской адвокатуры, непреложным
