Красная роза печали

Вовчик торопливо проследовал в заднюю комнату к Тинатине. Якобы она сама его лично обслуживает… Но выйдет он оттуда через двадцать минут точно такой же непричесанный, как и вошел.
— Здравствуйте, Темнотина Лимонадовна, — Вовчик изо всех сил старался быть вежливым, — как жизнь? Как творческие планы?
— Сколько тебе? — сегодня хозяйка явно не настроена поддерживать светскую беседу.
— Шестнадцать, как обычно.
— Бабки давай.
— Пардон, — галантно извинился Вовчик.
— Что это у тебя двадцатка обгорелая? Ты что, от нее прикуривал, что ли? А эта стошка — восемьдесят шестого года, меняй на новую!
— Ну, Темнотина Лимонадовна, я же вас не тыкаю в ваш порошочек, что там половина пудры «Кармен» и на четверть — средства от блох… а вы каждый бакс рентгеном просвечиваете!
— Не нравится мой товар — ищи в другом месте! Посмотрю, что ты еще найдешь — за такую цену!
— Ладно, ладно, — Вовчик был настроен миролюбиво, — поменяю вам двадцатку, а стошку и такую везде возьмут. Давайте-давайте! Упаковка, как говорится, — от фирмы. Желаю творческих успехов!
— Ладно, пустобрех! Сам только порошком не балуйся — долго не протянешь!
— Как можно, Темнотина Лимонадовна! Я ведь знаю, с какой дрянью вы в своем косметическом кабинете порошочек мешаете! Я себе не враг. Это — только бизнес, исключительно для прокорма малых детей и престарелых родителей! А разве бизнесмен может позволить себе такие вредные и дорогие удовольствия?
— Иди уж, бизнесмен! Топай себе… к своим престарелым родителям!
Не успела дверь салона захлопнуться за Вовчиком, как на пороге появился новый посетитель — довольно-таки молодой мужчина, симпатичный, с растрепанными светлыми волосами и любопытствующим взглядом голубых глаз.
«Да, — подумала Ксюша, — подстричься бы ему не мешало. И я бы с удовольствием этим занялась».
Она представила себе, как стрижет симпатичного блондина, как он болтает с ней и… вдруг приглашает ее после работы, допустим, в кафе… или куда-нибудь еще. Куда именно, Ксюша в мечтах не уточняла. Она вообще мало где бывала в этом городе, потому что приехала сюда недавно, то есть летом, после того, как закончила среднюю школу в маленьком шахтерском городке очень далеко отсюда. Работы дома не могла найти, и тетка, двоюродная сестра матери, пообещала сделать доброе дело и устроить племянницу на работу в Санкт-Петербурге. Вот теперь Ксюша считается ученицей парикмахера, а на самом деле все норовят навесить на нее и уборку, и еще много всего, да еще грозятся выгнать, если не угодит.
— Здравствуйте, красавицы! — обратился блондин сразу ко всем присутствующим.
— Иди, иди, красавец! — неприветливо ответила ему невыспавшаяся Зойка. — Читал небось на дверях — торговым агентам вход запрещен! И нам ничего не надо — ни твоей дерьмовой косметики, ни колготок одноразовых!
— Девушка, девушка! — польстил Зойке посетитель. — Я вовсе не торговый агент, я — капитан милиции.
И с этими словами он достал из кармана служебное удостоверение.
— Ох, только этого не хватало, — простонала Зойка, — то есть я хотела сказать, извините, товарищ капитан, не хотела вас обидеть!
Ксюша, которая как раз в этот момент выметала остриженные волосы из-под стола, заметила, как Зойка ногой нажала вмонтированную в пол кнопку — предупредила хозяйку, что в салоне — ЧП.
— И чем же мы вам можем помочь? — продолжала Зойка, лениво растягивая слова. — Мы девушки честные, ничего плохого не делаем, если клиентов режем — то не больше трех в неделю, и то некоторые выживают…
Ксюша поняла, что старшая нарочно тянет время, чтобы Тинатина успела… Что она там должна успеть — Ксюша не знала и знать не хотела: много будешь знать — цвет лица испортится, никакая косметика не поможет…
Капитан, однако, и сам охотно поддержал разговор, видимо, спешить ему некуда:
— Вы-то ладно, вы только клиентов режете, профессия у вас такая, а клиенту это на роду написано, а вот соседи ваши, тут рядом, из «Марата», обошли вас на повороте, у них там, может, слышали, хозяйку зарезали.
Дамы оживились: тема обещает быть интересной.
— Да, ужас какой!
— Говорят, ее нашли голую, в гидромассажной ванне, прямо в бурлящей воде!
— Да не в бурлящей, а всю в цветах!
— Да что вы, девочки, она же немолодая была! Кто же старуху станет цветами заваливать!
— Дамы, дамы! — капитан поднял руку, стараясь призвать мастериц к порядку. — Это все вы от людей слышали, а сами-то ничего не видели? Вы ведь открываетесь рано, может, что-нибудь необычное в то утро заметили?
— Что вы, что вы, — заворковала появившаяся Тинатина, — мои девушки попусту в окна не пялятся и на улицу не