Красная роза печали

Он вышел из подворотни и остановился, закурив сигарету, так чтобы видеть вход «Далилы». Сегодня прохладно — начало ноября, скоро начнутся морозы, Сергей забыл дома перчатки и стал уже замерзать, как дверь салона открылась и оттуда вышла совершенно потрясающая девица в черном длинном пальто в талию. Гладкие темные волосы спадали на плечи блестящей волной, от всей ее стройной фигуры веяло надменностью и пренебрежением к простым смертным.
«Вот это да! — мысленно присвистнул Сергей. — Что такая красотка может делать в этом задрипанном салоне? Неужели причесывается? С трудом верится».
Тут он вспомнил Ксюшины слова про брюнетку и черное пальто и со стыдом сообразил, что шикарная девица и есть бухгалтер Татьяна Валентиновна и что если он, Сергей, сейчас не поторопится, то рискует упустить важного свидетеля. Он бросился за черным пальто почти бегом и окликнул:
— Девушка, девушка, можно вас на минуточку!
Девица продолжала идти спокойным шагом, даже не повернув головы и не сбившись с ритма. Походка у нее — закачаешься. Сергей припустился быстрее, забежал перед девицей и остановился прямо перед ней, так что она вынужденно замедлила шаг.
— Простите, вы — Татьяна Валентиновна Королева?
Она не ответила, только сверкнула глазами. Сергей полез в карман за удостоверением, тогда девица спокойно обошла его, как будто он пустое место, и хотела продолжить путь. Сергей схватил ее за рукав, может быть, слишком поспешно. Он нервничал неизвестно отчего.
— Я к вам по делу, я из милиции, — но проклятое удостоверение, как назло, провалилось за подкладку куртки.
Он сделал несколько суетливых движений, пытаясь достать его, а девица опять ничего не сказала, только в глазах у нее появились насмешливые искорки. Она окинула его взглядом с головы до ног, и Сергей покраснел, увидев себя ее глазами: недорогая куртка, к тому же с оторванной пуговицей внизу, да еще, как назло, забыл перчатки, так что выглядит замерзшим и несолидным. Сергей ужасно разозлился на себя и на надменную бухгалтершу.
— Я не шучу, я действительно из милиции.
Удостоверение наконец нашлось, и он сунул его девице под нос. Она не стала читать, только приподняла левую бровь.
— Вы что — глухонемая? — в раздражении проговорил Сергей.
Он тотчас же пожалел о своей несдержанности, потому что в глазах женщины он заметил такое выражение, что понял — вряд ли она захочет помочь милиции.
— Руку отпустите, — спокойно сказала она.
Голос у нее низковатый, красивого тембра. Вообще она красавица, отметил про себя Сергей. Правильные черты лица, большие глаза, красиво очерченные губы. Конечно, макияж наложен первоклассно, насколько он мог судить со своей мужской точки зрения, но и природные данные тоже отличные.
— Хм, мне нужно задать вам несколько вопросов, — хрипло сказал Сергей и отпустил ее руку.
— Пошел ты подальше, — отчетливо сказала девица, резко повернулась и быстро зашагала в сторону, прижав к груди сумку.
— Послушайте, я же сказал, что мне нужно с вами поговорить, — крикнул Сергей.
Она оглянулась по сторонам. Вокруг никого.
— Милицию ищете? — усмехнулся Сергей. — Я она и есть, милиция-то. Не понимаю, отчего вы так сопротивляетесь. Ответьте на несколько вопросов, и я вас отпущу.
Она замедлила шаг, как бы что-то обдумывая.
— Я тороплюсь, банк закроется.
— Я вас провожу, — обрадовался Сергей.
— Свернем сюда, так короче, — предложила девушка, указывая на маленький переулочек, идущий вбок.
Сергей, ничего не подозревая, согласился. Она двинулась вперед, свернула за угол, а когда Сергей заглянул туда же, в лицо ему брызнула едкая струя из баллончика.
— Ты что, рехнулась? — хотел возмутиться он, но горло перехватило, перед глазами расплылось черное пятно, и он медленно осел прямо в лужу.
Очнулся он оттого, что кто-то теребил его за плечо.
— Милый, — скрипело рядом, — ты чегой-то прямо в луже спишь?
Сергей с трудом разлепил глаза. Рядом с ним стояла баба-яга и тыкала его палкой.
«Где я? На том свете, что ли?» — мелькнуло в голове.
— Сгинь! — прохрипел он.
Старуха обиженно нахмурилась.
— К тебе по-хорошему, а ты хамишь, — прошамкала она.
Сергей пошевелился. Вроде бы все на месте — руки, ноги, голова… Дурная голова, со стыдом вспомнил он. Хорош сотрудник милиции, которого девка выключила без всякого труда. А он-то, рот разинул на фигуру, да на морду! Идиот! И ведь никому не расскажешь: сотрудники издеваться начнут. Это все оттого, что уже несколько месяцев один, скоро в голове одни бабы будут, о работе думать станет некогда. Стыд какой!
Он сделал попытку подняться, потом проверил