Телепередача «Разговор с тенью» обещала быть интересной, а стала сенсационной. После ее показа в городе резко подскочил спрос на бикини красного цвета и черные чулки. Это не беда, беда в том, что по городу прокатились волны убийств, причем жертвы были именно в красном бикини и черных чулках.
Авторы: Яковлева Елена Викторовна
знала, фотография эта еще не доказывает, что Вице убил Пахомиху. Пока что речь идет только о том, что он любил ее потискать, а она — посидеть у него на коленках. А это дело хоть и аморальное, но неподсудное. Про презумпцию невиновности слыхала когда-нибудь? А вот тот, кто заботливо снабдил нас этой компрой, вполне возможно, таким образом отводит подозрение от себя или от кого-либо еще.
— Ну даже если и так, что с того? — Жанка оказалась еще тупее, чем я предполагала. — Нужно отдать фотографию Кошмарову. Чтобы он сначала выпустил Порфирия, а потом уже разбирался, что к чему. Кто послал, что послал…
Я уже готова была ее убить:
— Да пошевели ты хоть немного своими куриными мозгами! Пойми наконец: у нас ноль целых и ноль десятых процента гарантии, что Кошмаров выпустит Порфирия после того, как получит фотографию. Почему? Да очень просто! Ведь пока твой маринист в камере, начальство не таскает Кошмарова за чуб. А выйдет Порфирий на свободу, кто займет его место? Думаешь, красавчик Вице? Черта с два! Во-первых, Вице ничего не стоит напустить на Кошмарова целую свору цепных адвокатов, которые с удовольствием вцепятся в холку этому доморощенному пинкертону. А во-вторых, сам Кошмаров никогда не рискнет засадить вице-мэра без прямых доказательств. Поскольку одно дело мариновать в СИЗО безвестного мариниста и совсем другое — крупного городского чиновника.
— А не отпустит, мы обнародуем эту фотографию в прессе и поднимем общественность! — Жанка так и рвалась на баррикады.
Я развела руками:
— Тогда тот, кто прислал нам эту фотографию, будет довольно потирать руки. Хотел скандала — получил скандал. И заметь: нашими с тобой усилиями. Но и это еще не все. Позволь мне полюбопытствовать, в какой такой прессе ты собираешься обнародовать эту фотографию? Ты что — вчера родилась и не знаешь, под чьей пятой все местные газеты? Остается одно, лезть на рожон в прямом эфире. Ну, видимо, на это он и надеется после нашего ток-шоу, имевшего ошеломительный успех в прокуратуре.
В комнате на некоторое время воцарилась тишина. Похоже, мои мольбы все-таки возымели некоторое действие и Жанка потрудилась наконец поработать своими шариками и винтиками.
— Ну… А если… Ну, если ты покажешь фотографию Вице?..
— Возможно, удастся разворошить эту мусорную кучу, и тогда у нас появятся более веские аргументы, — подбодрила я Жанку. — Не забывай, что гений — парадоксов друг.
— Думаешь? — все еще сомневалась Жанка.
— Всего лишь присоединяюсь к Александру Сергеевичу, — сказала я и на всякий случай уточнила: — В смысле Пушкину.
— Хорошо… И как ты собираешься это сделать? Ну, встретиться с Вице. — Похоже, Пушкин пользовался у Жанки авторитетом.
— Очень просто. Сейчас позвоню и договорюсь. — Я придвинула к себе телефон и разыскала в справочнике телефон вице-мэра.
Первой, как и положено, на проводе возникла секретарша.
Я представилась и затаила дыхание. Но в трубке не раздалось и воздыхания, всего лишь короткая пауза, а затем сухое: «Соединяю».
— Ветлугин слушает, — кашлянул мне в ухо Вице.
— Это Соловьева с телевидения, вы не могли бы уделить мне несколько минут своего времени? — пропела я традиционную арию.
— А по какому вопросу? — осведомился бюрократ городского масштаба.
Ну меня-то голыми руками не возьмешь:
— По вопросу борьбы с курением. Вы, конечно, в курсе, что эту проблему наш президент недавно поставил на Госсовете. Мы сейчас готовим передачу на эту тему, и хотелось бы знать, как у нас в городе обстоят дела с никотинозависимостью. Вы ведь у нас социальные вопросы курируете.
— С никотинозависимостью? — переспросил Вице и почесал лысину. Нет, я этого, конечно, не видела, просто звук был очень характерный. — Проблема очень важная, но я так сразу не готов…
— Но у меня есть примерный перечень вопросов, который мы могли бы обсудить…
— Тогда… — Вице снова почесал лысину. — Можете завтра прямо к девяти подъехать?
— С большим удовольствием, — заверила я его и подобострастно подождала, когда он положит трубку.
— Завтра в девять, — торжественно отчиталась я перед Жанкой.
— Ну, ты профессионалка, — уважительно цокнула она языком, — а главное, как ловко президента приплела… Высший пилотаж!
— При чем тут приплела? — Я сделала серьезное лицо. — Просто вопрос назрел. А то курят тут все, кому не лень. — И снова уставилась на фотографию. — Слушай, Жан, а не кажется ли тебе, что физиономия у Пахомихи какая-то несоответствующая моменту? Ну… Слишком серьезная, что ли…
Жанка склонила голову набок:
— Да есть немного. Но ты сама посуди, чай не с первым встречным трахалась, а со вторым человеком
