Телепередача «Разговор с тенью» обещала быть интересной, а стала сенсационной. После ее показа в городе резко подскочил спрос на бикини красного цвета и черные чулки. Это не беда, беда в том, что по городу прокатились волны убийств, причем жертвы были именно в красном бикини и черных чулках.
Авторы: Яковлева Елена Викторовна
в городе.
Жанка вновь вознамерилась ночевать у меня, аргументируя свое решение необходимостью охранять меня вместе с вещдоком. Я пошла ей навстречу, хотя с трудом представляла, как бы она меня защитила, случись покушение. Если бы только грудью на амбразуру бросилась, тем паче что она у нее пухлая, как деревенская подушка.
Ни по дороге, ни в подъезде никаких поползновений на мою персону отмечено не было, но бдительная Жанка без устали вертела головой с риском свернуть себе шею. А уже дома она замучила меня советами, «как лучше усыпить бдительность Вице на первом этапе операции, чтобы на втором не дать ему ни малейшего шанса». Я же под монотонное Жанкино зудение лениво набрасывала вопросы на тему борьбы с курением к завтрашней встрече с Вице. Особо усердствовать не стала, ограничилась десятью, справедливо полагая, что после того, как на свет будет явлена фотография из конверта, наша беседа с Вице неизбежно перетечет в новое русло.
Жанка донимала меня до глубокой ночи и успокоилась лишь после того, как я пригрозила выставить ее за дверь. Пожелала мне спокойной ночи и вольготно обосновалась на моем диване. Уже сквозь сон я слышала, как она, поворочавшись с боку на бок, вылезла из-под одеяла и тяжело прошлепала на кухню. Вот уж слониха так слониха, подумала я, прежде чем окончательно отрубиться.
Утром мы проспали, а потому собираться пришлось с неимоверной скоростью. Я металась от платяного шкафа к туалетному столику и орала на Жанку, которая ползала, как черепаха. Без четверти девять, уже в машине, я инструктировала Жанку, что говорить, если я вдруг срочно понадоблюсь Краснопольскому. Жанка зевала, как окунь на прилавке, и тупо кивала. Без пяти девять я высадила ее в двух кварталах от Дома радио и сломя голову понеслась дальше. Опоздав всего-то на две минуты, я, сбрасывая на ходу пальто, влетела в приемную Вице, где меня и поджидала первая по счету неожиданность.
Секретарши по меткому прозвищу Коза, по реакции которой на мое явление я собиралась определить, причастна ли она к чудесному возникновению конверта с фотографией, в приемной не было! Была совсем другая, ничуть не похожая на ту, с которой у Жанки случилась историческая потасовка под стенами «Белого дома».
— Вы Соловьева с телевидения? — спросила эта другая, прежде чем я успела что-либо сообразить. — Виктор Степаныч вас ждет. — И распахнула передо мной заветную дверь.
— Очень приятно, — ляпнула я непонятно зачем и, полная смятенных чувств, шагнула в кабинет второго человека в городе.
Вице принял меня с медовой улыбкой на лице. После дежурного обмена приветствиями я напустила на себя деловитости и выдала первый вопрос на актуальную тему борьбы с курением из подготовленного накануне перечня. Вице, в свою очередь, состроил многозначительную мину и начал заливаться соловьем, клеймя табачную рекламу. И все то время, пока он морочил мне голову своими твердыми антиникотиновыми убеждениями, я исподтишка изучала его, пытаясь составить на его счет определенное мнение. Только ничуть в этом не преуспела.
Когда заготовленные мною вопросы иссякли, я поняла, что наступил решающий момент, и со словами: «А что вы скажете на это?» — сунула руку в сумочку. Под «этим», как вы уже догадались, подразумевался конверт со скандальной фотографией, да только его-то в сумке как раз и не оказалось!
А теперь представьте себе мою физиономию. Я копалась в сумке, из последних сил стараясь сохранить видимость хладнокровия, а Вице все с той же карамельно-ванильной улыбочкой терпеливо ждал, чем это кончится. А кончилось это тем, что я вытряхнула содержимое сумочки прямо на полированный стол Вице. Все, включая кошелек, записную книжку, пудреницу и мобильный телефон, было на месте. Одного только конверта с фотографией и не хватало. Я даже смутно подозревала, чьи это штучки, но в тот момент всего важнее было выйти из идиотской ситуации с наименьшими потерями.
— Э… Кажется, фокус не удался! — выжала я из себя глупую шуточку. — Самое главное я забыла.
Вице наморщил переносицу:
— Что вы забыли?
— Я… Я забыла сценарий передачи о борьбе с курением…
— А что, уже и сценарий имеется? — Похоже, Вице не нашел в моем поведении ничего особенно странного.
— Собственно, это даже не передача… Скорее один из сюжетов. Кажется, я забыла вам сказать, что теперь я буду заниматься криминальной тематикой. Вместо погибшей Ольги Пахомовой. Вы, наверное, ее знали?..
Вице, как и подобает случаю, убрал с лица миндальное выражение:
— Да, немного… Она бывала у меня пару раз, как и вы сейчас. Просила что-нибудь
