Наши дни. Юго-западная часть Тихого океана… Неизвестно откуда появившееся авианосное соединение учинило страшный разгром непобедимого военно-морского флота Соединенных Штатов Америки и исчезло, буквально растворившись в тумане. Кто посмел бросить вызов единственной сверхдержаве планеты?
Авторы: Березин Федор Дмитриевич
процессе неспешного путешествия к совсекретному месту очередного патрулирования ПЛ «Григорий Адамов», дорвавшийся до бесплатного политпросвещения в неограниченном режиме Александр Ген поинтересовался у капитана третьего ранга Кулагина: неужели столь славный подводный корабль вклинился в донельзя опасную, объявленную британским ястребом женского пола Маргарет Тэтчер двухсотмильную зону военных действий вокруг Мальвинских островов исключительно ради его, Гена, особы?
Всепросвещенный замполит задал встречный вопрос: почему «корова» должна опасаться какой-то двухсотмильной зоны, когда ей директивой командующего Южно-Австралийским флотом, к коему ныне временно приписан южноиндийский «Адамов», разрешается топить все и вся в радиусе четырехсот морских миль от акватории мальвинского Порт-Дарвина?
– Кроме того, товарищ коммунист Ген, – добавил Кулагин, – мы не только забрали вас, но доставили на берег целый научный совет в составе геолога, гидролога, инженера-авиатора, маркшейдера, вооруженного карабином СКС секретчика, отделения боевого прикрытия операции из НКВД, а также назначенных в помощники этим инженерам и академикам лаборантов-носильщиков с соответствующим допуском.
– А зачем, Олег Павлович, нужны в зоне боевых действий все эти гражданские специалисты?
– Вы что же, Александр Валерианович, думаете, в этой восьмисотмильной окружности война будет длиться долгие годы? Узко мыслите, товарищ коммунист! А еще «маузером» премированы младшими по классовой борьбе товарищами развивающейся страны.
Саша Ген устыдился, хотя был премирован вовсе не «маузером», а «парабеллумом», да и не премирован, по сути.
– Дело в том, Александр Валерианович, – замполиту ПЛ «Адамов» страшно приглянулось отчество Гена. В глазах Кулагина оно даже как бы добавило Александру дополнительное звание. – Дело в том, что, может, «акватория утопления» всяческих плавучих империалистов и расширится на какое-то время, но рано или поздно сузится до нуля, и наступит мир. И вот тогда…
– …будет объявлено построение коммунизма вначале в отдельно взятой, а потом в… – подхватил летчик-гидропланерист и не угадал.
– Это попозже, – удивительно легко отмахнулся от светлой перспективы Кулагин. – Вы в своих заоблачных полетах несколько отстали от жизни и, следовательно, от партийной линии, Александр Валерианович. Но, учитывая вашу крайнюю занятость истреблением десантных сил англичан на острове Западный Фолкленд, я поясню. Дело в том, что наше правительство собирается заключить (а быть может, и уже заключило, кто ведает?) договор с Аргентинской Республикой о взятии некоторых из островов, именуемых имперскими монстрами Фолклендскими, а доблестным, колонизируемым народом Аргентины – Мальвинскими, в аренду. Нет, нет, никоим образом не навсегда! Не для того мы помогаем народам в освободительной борьбе, чтобы поработить их по новой. Всего лишь в аренду. Сроком – лет на пятьдесят, как минимум. Конечно же, планов на такие сроки громадьё, но вас, Александр Валерианович, должен заинтересовать лишь один подпункт. Тут – разумеется, после победы над британской короной – будет создана подземно маскированная база-аэродром, для любезных вам лично гидропланерных самолетокораблей.
– Ух ты! – не сдержался от удивления Ген, на что капитан третьего ранга благосклонно кивнул и продолжил:
– Именно для планировки и подбора места для этой базы, разметки и всякого маркшейдерства, и доставили мы на берег указанных специалистов. А почему срочно? Тут, думается, дело в том, что договор с Аргентиной еще не окончательно проработан, а потому наше мудрое правительство решило заранее выявить, пригодны ли местные воды и земля для указанной базы. Вдруг старые низкокачественные карты империалистического прошлого врут, и на побережье нет указанных ранее удобных бухт, из которых будет, наверное, весьма привольно выходить на морской простор – из искусственных пещер со стальными запорами – вашим любезным гидропланам. Что если морская гладь все же не так и не всегда гладка, как того требуют известные вам, Александр Валерианович, наставления по разгону и приводнению воздушно-гидропланных судов?
– Да, это точно. Всё нужно проверить, – закивал Саша Ген, припомнив родную Охотскую подземную базу. – А вы знаете, товарищ капитан третьего ранга, сколько потребно землицы-то переворочать, чтобы выстроить хоть что-то путное?
– Да уж прикидываю, Александр Валерианович. Но не забывайте, за нас после победы будет вся многочисленность Аргентины. Правильно? У них тут покуда капитализм. А при нем такая безработица, что волком взвоешь, если они тут водятся, конечно, а не только ламы.
– А
