Красные звезды. Полная трилогия

исключительно «умное железо», без вмешательства человека.
Если в противосамолетной войне у людей еще оставалась громаднейшая ниша для инициативы, пускай и тщательно регламентированной, то противоракетный бой не сохранял за человеком ничего. Роль пассивного – не дай бог что нажать! – наблюдателя, вот что выпадало здесь на долю обслуживающего технику персонала. Противоракета среднего радиуса действия могла добираться в удаленную точку подрыва порой две минуты и более. Сам момент поджига боевой части был согласован до долей микросекунды. Как же иначе? Скорость схождения цели и антиракеты порой превосходила восемь километров в секунду. А ведь несмотря на ядерную боевую часть, промах в несколько сотен метров был недопустим. Даже при «бу-бухе» эквивалента в пятьдесят килотонн такая промашка не позволяла довести вероятность перехвата до единицы. Что ж поделать? Боевые части ракет это весьма компактные, укрытые металлом и жаростойкими волокнами агрегаты. Они запросто выдерживают ракетный разгон и ударное торможение в атмосфере, просто нахрапом их не сбить с курса и не прихлопнуть. Поэтому только высочайшая точность, иногда избыточная при подобных мощностях – всего десятки метров. Лишь тогда боевая часть враждебной ракеты испарится или разрушится полностью. Ведь «работать» с ней должно исключительно жесткое излучение: при атомном взрыве рассчитывать на осколочную боевую часть или на какой-то обломок не приходится. Вся антиракета целиком распадается на атомы.
Причем, если в обычных противосамолетных ракетах функция подрыва боеголовки уверенно обеспечивается бортовой аппаратурой, то в случае ядерного запала команда на подрыв поступает с земли. Работает чистая математика, именно она подстраивает неслучайную встречу двух антагонистических сгустков инженерной мысли в реальном мире. И именно компьютерная программа, заставляющая это самое «умное железо» выполнять математические операции с бешеной скоростью, притягивает из формул в жизнь сверхточное попадание. А как вы думали? Ядерный подрыв сам по себе испепеляет все и вся на пути? Космос, да даже и атмосфера, слишком растянутые пространственные структуры, сфер гарантированного уничтожения диаметром, допустим, в километр, в них можно напхать чуть ли не бесконечное множество. Даже на возможном пути МБР, если просчитывать траекторию менее точно. Так что без идеального мира математики в противоракетной обороне – никуда. Ну и без компьютерной точности и быстроты тоже, разумеется. А человек…
В сравнении с боевой цифровой машиной, точнее, группой машин, соединенных в сеть, его реакция сопоставима с геологической подвижкой материков. Но еще никто из капитанов торгового флота, рассчитывая курс судна из порта «А» в порт «Б», не учитывал смещение Америки относительно Африки и Европы. А ведь оно есть, верно? Вот именно столько же дела военному компьютеру до черепашьей реакции обслуживающих его людей. Поэтому, когда начинает действовать боевая программа, извольте мило сидеть в сторонке и держать руки на коленях, дабы невзначай не зацепить какой-то важный тумблер. Можете покурить, или потравить с коллегами анекдоты. Хотя нет, совершенно не стоит. Потому что не успеете. То есть даже выкурить по последней.
Ибо в настоящий момент жить вам лично или не жить, так же, впрочем, как и полуторамиллионному городу Донецк-Сталино, решала машина. Если она ошибется, то…
Аккуратненько разберем плохой вариант.
Ракета «Пискипер», десять боевых частей по шестьсот килотонн. После разделения орбитального «автобуса» БЧ могут расходиться по точкам попадания в пределах эллипса с большой полуосью в двести километров. То есть, поскольку уж Донецк-Сталину оказана столь высокая честь, как посылка по нему МХ, то, скорее всего, на город отправлены минимум три боеголовки. Потому как есть Донецко-сталинский металлургический завод и еще несколько стратегических предприятий, которые занимают приличную территорию. Ну и, конечно, жилые строения, раз уж война ведется по самому людоедскому сценарию. Вероятно, еще одна БЧ на Макеевку. В Мире-1 знать не знают, что города слились, и к тому же, для жуткой математики тотальной зачистки это не имеет никакого значения.
Шестьсот килотонн – это умножение Хиросимы, или там Окинавы сороковых годов прошлого века на тридцать. Радиус поражения, при оптимальной для города высоте подрыва три тысячи метров – а она будет оптимальна, не сомневайтесь, – чуть меньше, чем у мегатонны. То есть многоэтажные здания – а Донецк-Сталино город многоэтажный – рушатся в радиусе шесть километров от эпицентра. Отдельно стоящие, ничем не прикрытые людишки-болванчики должны, по идее, и при данной мощности уверенно убиваться с восьми