Наши дни. Юго-западная часть Тихого океана… Неизвестно откуда появившееся авианосное соединение учинило страшный разгром непобедимого военно-морского флота Соединенных Штатов Америки и исчезло, буквально растворившись в тумане. Кто посмел бросить вызов единственной сверхдержаве планеты?
Авторы: Березин Федор Дмитриевич
фотокамерой, Панин зафиксировал, как упал и задергался в конвульсиях охранник. Как разжалась его рука, роняя оружия. Вот для чего требовался пистолет вне кобуры – вовсе не против Панина. А вот Аврора даже не обернулась, похоже, выстрел прошел мимо ее сознания. Наше сознание слишком узкая щелочка в мировую бездну вокруг, и сейчас оно было задействовано до капли. Еще бы!
Где-то там, за коротким лесистым горизонтом, видимо, все же на большом расстоянии отсюда, уничтожалась Москва. Ее родимый город.
И значит, пару слов о мобильности. Как известно из философии войны (есть и такая философия, а как же?), тот, кто хочет обороняться везде и всюду, не защитит ничего. И даже тот, кто нападает отовсюду и сразу, тоже обречен на поражение. А как же иначе? Просто практическое дело – концентрация сил. Какое отношение это досужее рассуждение, в плане технических войн двадцать первого века, имеет к постоянно, и даже с некой веселостью воюющему Миру-2? А вот какое.
Один пример насчет нападения, точнее, угрозы оного. Вот стоит, или вернее, залегла в землю, врылась вертикальным образом, какая-то Татищевская, что в Саратовской области, дивизия РВСН. Раскинулась по окружающим лесам-посадкам, укрыла шахтные крышки накладными кусточками и подкрашенной зеленью травой. Год она стоит, два, десять, а потом и сорок. И толку в военном плане от нее, по сути, ноль. Ибо стоит она конкретно для жуткого часа «Х», когда придет пора делать из Америки сплошное ядерное пепелище, в ответ на стартовавшую оттуда армаду ракетных монстров. Военного прока никакого, потому как выиграть войну подобной масштабности нельзя, а если и можно, то победа будет пирровой, как ни крути. Так что прибыток наличествует исключительно в политическом плане, в смысле возможности осадить чужих переговорщиков образным рассказом, что если будет по-серьезному, то у нас кое-что около реки Волги, а еще возле реки Южный Буг, и кстати, еще около реки Зеи, и по-над рекой Амур, а потом… Все, естественно, выдавать не стоит, но участник переговорного процесса и так в курсе.
Однако чем плоха эта самая дивизия межконтиненталок в Татищеве в том же политическом плане? Она стоит себе и стоит. Куда точно нацелена, враг, примерно, в курсе, но даже если куда перенацелится, то об этом он может узнать опять же только за переговорным столом. То есть, тут, по сути, одни голые слова. А на самом деле, только бог, или там у большевиков, исключительно такой же вечно живой и всеведущий Ленин, знает, перенацелили эти «стилеты» с «сатанами» или сняли с дежурства для профилактики. Тем более спутников фоторазведки в Мире-2 не существует, а если и есть, то песня их, информационно насыщенная, чрезмерно коротка. Нерентабельно, по-капиталистически выражаясь. Вот потому и получается с дивизиями РВСН какой-то несносный для мегатонных чудовищ политический пшик, а вовсе не веское решающее слово.
Другое дело, ракеты мобильные. Их, если и не запускать, то вполне можно в дипломатической работе использовать. Берется, к примеру, чисто конкретная опять же дивизия, но уже передвижная, боевых ракет средней дальности «Пионер УТТХ», или, по-американски, SS-20. По случаю команды, переданной по защищенной линии, многочисленные многоосные автомобили марки «МАЗ» заводят моторы, и ускоренным маршем, но с осторожной неторопливостью сорока километров в час, сдвигаются откуда-нибудь из ВСГ – Великой Социалистической Германии, на территорию доблестной Французской Коммуны. По случаю дальности поражения стартующих с «МАЗов» тридцатисемитонных ракет в пять с половиной тысяч километров, угрожать они могут по-прежнему все той же буржуазной, но управляемой до странности живучей королевой Англии, которая давно уж, ясен пень, и никоим образом не Великобритания. Однако оцените маневр сам по себе.
К тому же, время для красивого перелета трех боевых блоков по сто пятьдесят килотонн и с круговым вероятным отклонением в четыреста пятьдесят метров, все-таки уменьшилось.
Теперь на переговорах вполне можно использовать не только слова, отныне имеется реальный, вполне проверяемый, если позволит принимающая сторона, процесс. А уж если не позволит, то еще хуже. Это в том случае, если вы, по своей возросшей империалистическо-агрессивной сущности, обдумываете план «обезоруживающего удара». Ну, это когда вы бьете, и первым же нокаутом отправляете в утиль все ядерные силы возмездия противника. До этого планировалось хорошо, пусть и несколько в новогодних мечтаниях. «Бах-тарабах!» и все эти саратовские и прочие, и без того вкопанные в землицу дивизии РВСН, зарываются в лесную почву окончательно. Отныне полная лафа. Громи
