Крестовый поход в лабиринт

подалась назад, не забыв при этом прихватить с собой дело своих рук – большую тарелку с горой бутербродов. Последние явно были лишним звеном. Тамара Владимировна на них бы не позарилась, хотя бы из-за недосягаемости. Так сказать, видит око, да зуб неймет. К тому же все они ловко выскользнули на пол. Был короткий момент, когда я пожалела, что сок пролили в коридоре. Если бы на кухне, да еще с пятикратным помывом водой, можно было перекусить прямо на линолеуме, комплектуя бутерброды широким ассортиментом составляющих…
– Оля! – с надрывом позвала я девушку, боясь двинуться с места. – Или Лера! Или хоть кто-нибудь, кроме Натальи! Сейчас в дверь позвонит женщина, вы ей откроете, только ни в коем случае не говорите, что мы с Натальей здесь. Наташка, помоги мне проложить дорогу к бегству. Ну что вы так вытаращились? Да, кушать подано, только не совсем традиционным способом. Но лучше «перекуску» отложить. Да скорее же! Закройте комнату Сафонтьевых на ключ и забудьте про него! В вашей комнате есть шкаф? Или что-нибудь такое, где можно временно отдохнуть и расслабиться?
Уяснив, что вид накрытого мной к чаепитию пола вызвал у присутствующих чувство волчьего голода, а может, и другие звериные чувства, я смолкла и принялась расшвыривать куда придется результат своего плодотворного труда. Не топтать же в конце концов этот результат ногами! Парализованные зрители молча собирались с мыслями. Вплоть до звонка в дверь, от которого все подскочили.
– Она ясновидящая! – ахнула Лера, ткнув в мою сторону указательным пальцем, и мигом пришла мне на помощь: подняла с пола кусок колбасы и сунула его себе в рот. – Ольга, Ромкина комната! Быстро закрой!
– Пусть дама вам представится, и постарайтесь узнать, что ей нужно, – шепнула я на бегу.
Повторный звонок в дверь застал нас на пороге комнаты девушек. Лера закинула туда наши сумочки, я запоздало вспомнила, что у двери остались мои туфли, но Ольга уже гремела цепочкой, интересуясь, кого это принесло такого нетерпеливого, имитируя внимательное отношение к советам профессионалов по обеспечению безопасности жилья от посягательств преступных элементов.
Что именно отвечала Тамара Владимировна на вопросы девушек, мы не слышали – лихорадочно искали место, где можно было полностью слиться с предметами домашнего обихода. Паника прошла сразу, как только поняли – а нигде. Вдвоем в шкаф не поместимся, под диван и кровать только пыль пролезть сможет, а сидеть под столом на виду у всех желающих заглянуть в комнату бессмысленно. Даже за дверью было невозможно спрятаться, она открывалась наружу.
– Вообрази себя торшером! – шепотом порекомендовала я Наташке. – Знаешь, сила воображения…
– Знаю, – прошептала она в ответ. – Только вот одно воображение, но без соображения… Слабо почувствовать себя бра?
– Тс-с-с… – приложила я палец к губам, призывая к молчанию. Разговор Тамары Владимировны с девицами переместился ближе к нашей двери…
Сеньора де Суарес требовательно спрашивала, как долго Сафонтьевы не живут в своей комнате.
– Как долго, мы не знаем, – приветливо щебетала Лерочка. – Когда мы сюда полтора года назад въехали, они уже не жили. Мы их обоих видели только раз или два, да и то мельком. Даже не знаем, как их зовут. Комната у них все время закрыта, ключи только у нашей соседки, но ее уже пятый день нет дома. Наверное, уехала.
– Ничего страшного, у меня есть свой ключ, – заявила Тамара Владимировна. – Мне передала его Татьяна Михайловна. Спасибо, дальше я сама.
– Но-о-о… – замялась Лерочка.
– Не волнуйтесь, к вам никаких претензий не будет.
– Ну, не знаю! Честно говоря, как-то странно, Спрашиваете, сколько времени Сафонтьевы здесь не живут, а ключи от комнаты Татьяна Михайловна вам передала. Что же у нее не поинтересовались? А где у вас ключи от входной двери?
Раздалось нежное позвякивание, наверняка Тамара Владимировна тренькала ключами перед носом девушек.
– Пожалуйста! Это ключ от входной двери. Согласитесь, незнакомому вам прежде человеку было бы неуместно воспользоваться им без предварительного звонка.
Дверь скрипнула и начала приоткрываться. Мы с Наташкой молниеносно метнулись к стене, при этом я отфутболила в угол и свою, и Наташкину сумку. Ну что бы поднять их сразу! Далось нам это подслушивание! Испуг был настолько велик, что я нелепо замерла на одной левой ноге, опасаясь опустить вторую на пол. Если бы не брошенный на Наташку взгляд, я бы так долго стояла. Но судорожно вцепившаяся в меня подруга скосила ставшие неожиданно огромными глаза в сторону приоткрывшейся двери так, что моя правая нога в очередном приступе испуга невольно дрогнула и автоматически присоединилась к правой же, только Наташкиной.
– Мусик,