Крокодил из страны Шарлотты

располагают против него кое-какими уликами. Иначе придушили бы тебя, во всяком случае, я бы на их месте уж точно.
– А кто он вообще такой?
– Работает шефом в одном почтенном месте. Зато я тут что-то не вижу пяти миллионов долларов.
– Будь добр, выражайся яснее. Загадками я и так сыта по горло.
За объяснениями дело не стало. Оказывается, все заинтересованные лица надеялись найти в бумагах подсказку, где искать груз с наркотиками. Никакой подсказки, конечно, не было. И теперь они ждали ее от меня!
– В воде, – любезно сообщила я им. – Наверняка в воде.
– А где именно?
– Не знаю. Честное слово, понятия не имею. Ищите и обрящете, сказано в Писании.
– Издеваешься? – разозлился Дьявол. – Где им искать? Должен существовать план, Алиция куда-то его спрятала!
– Вот почему я и приставала к вам из-за тех свечей, – с каким-то тупым злорадством объявила я. – Если это клочок бумажки, и если Алиция его спрятала, и если убийца его нашел, и если вытащил это из воды…
– О господи! – простонал Дьявол и перевел все мои злорадные допущения, чем поверг присутствующих в очевидное уныние. Следующие полчаса были посвящены исключительно проблеме пяти миллионов.
Меня же гораздо больше занимала сейчас проблема Аниты. Прямо какое-то заклятие висит над моими знакомыми, почти все – кандидаты в преступники, сговорились они, что ли? Мыслимо ли, чтобы она так бесчувственно воспринимала смерть Алиции, а потом, возможно, и мою? Кровавая дама в образе обаятельной журналистки? Что же это такое на свете творится?!
Конференция закончилась лишь поздней ночью. Насколько я могла разобраться в невообразимой мешанине иностранных языков, порешили захватить преступников врасплох, в силу обстоятельств отказавшись от длительной слежки, необходимой для получения улик. В силу тех же обстоятельств пришлось до срока посадить участников нападения – жертв преступного моего легкомыслия. Ими оказались два датских гражданина – Петер Ольсен и Ларе Йоганнсен, по профессии шофер, а по совместительству – кассир на бегах, а также польский гражданин, некий Ежи Вендель. У этого Ежи Венделя в Дании жили близкие родственники, а посему он часто и без затруднений шатался из одной страны в другую.
– Ловкачи те еще, – воздал им должное Дьявол, когда мы наконец оказались в гостиничном номере. – Попробуй подведи их под статью. Если бы им удалось отобрать у тебя бумаги и затаиться, все бы сошло этой шайке с рук. Да и теперь они, скорей всего, отвертятся, в худшем случае расстроится их бизнес. Засыпался только Аксель Петерсен, да и то потому, что его случайно подставил один француз, бывший у него на подхвате в темных делишках. Выходит, ты подвела под монастырь и себя, и меня.
– А Лаура? – робко запротестовала я. – Ее, небось, еще не предупредили, может, у нее что-то найдете?
– Сомневаюсь, хотя майор наверняка там не дремал. Чтобы реабилитировать себя, тебе остается только одно: найти груз с героином. Если, конечно, его еще не прибрали к рукам и если полиция сама его завтра не отыщет.
Назавтра мне пришлось в течение нескольких часов участвовать в бесплодных поисках – были осмотрены все стоявшие у причалов яхты, и лишь к полудню я попала в офис, где узнала, что меня разыскивает по телефону какая-то дама, прекрасно говорящая по-датски. Дамой, прекрасно говорящей по-датски, могла быть только Анита, хотя как раз она-то, по моим прикидкам, должна избегать меня как черт ладана. Не успела я удивиться такому несоответствию, как телефон снова зазвонил. Точно, Анита.
– Слушай, – возбужденно начала она. – Наконец-то я тебя поймала, с утра сижу на телефоне. Тут такие дела! В редакции творится что-то невообразимое – содом и гоморра! А ты хороша, даже не заикнулась.
– А что случилось? – осторожно поинтересовалась я.
– Сегодня утром арестовали моего шефа! Да ты его знаешь, видела в моей комнате. Какая-то жуткая афера, вроде бы связанная с контрабандой наркотиков. Меня тоже о нем выспрашивали, наведывался обходительный такой джентльмен, оказывается, о своем собственном шефе я почти ничего не знаю! Да, представь себе, интересовались и Каролем Линце! Ты наверняка была в курсе – и помалкивала! Подруга называется!
Я так и ахнула.
– Погоди, дай собраться с мыслями. Шефа, говоришь? Ну и ну! Как его зовут?
– Петерсен, Аксель Петерсен. Ты что-то знаешь? Признавайся наконец!
Вот так неожиданность! Подумать только, разгадка таилась, можно сказать, под самым моим носом! Линце значился у меня в записной книжке, а таинственный Аксель Петерсен сидел за соседним столом, и ему вовсе не надо было знать польский, чтобы понять, что к чему! А этот бессовестный Дьявол ни словом вчера не