Кронос

и направился прямиком в свою спальню. Вошел — и ничего не почувствовал. Это была единственная комната в доме, которая изменилась после смерти жены. Здесь по-прежнему оставались ее фотографии, но обстановка стала более холостяцкой; исчезло все, что напоминало о Марии: ее духи, одежда, ее украшения. Пока они тут оставались, он не мог спать.
Аттикус быстро надел синие джинсы и облегающую темно-синюю футболку. Положил в карман зеркальные солнцезащитные очки и ключи, затем сунул ноги в кроссовки.
Одевшись, он подошел к гардеробу, целиком заполненному мужской одеждой. Ни единого намека на то, что еще два года назад здесь хранились и ее вещи. Аттикус достал с верхней полки спортивную сумку, открыл и дважды проверил содержимое, хотя и без того отлично знал, что в ней лежит. Черный костюм для спецопераций, крюк-кошка с веревкой, прибор ночного видения, сигнальные ракеты, специальный подводный нож, черный грим и суперсовременный костюм для подводного плавания, по сравнению с которым его обычный дайверский выглядел как холщовая рубаха перед смокингом. Что может понадобиться в предстоящем деле, Аттикус не представлял, поэтому прихватил сумку со всем содержимым.
Затем раздвинул висящую на плечиках одежду и, встав на колени, постучал кулаком по задней стенке гардероба и отвел ее в сторону. Внутри открывшейся ниши находились два запертых на замки ящичка. Аттикус вытащил оба, поставил на пол и отпер ключом, который постоянно носил с собой. Открыл ящичек поменьше и достал «смит-вессон» 60-й модели, сконструированный под патрон «357 магнум».
Водонепроницаемый корпус из нержавеющей стали делал это оружие незаменимым для подводных операций. Известный также под названием «карманное орудие», шестизарядный револьвер гарантированно выводил из строя противника с одного попадания в любую часть тела. Многие начинающие «котики» предпочитали более компактный пятнадцатизарядный «ЗИГ-Зауэр 9226», но закаленные в боях ветераны знали, что с триста пятьдесят седьмым «магнумом» не сравнится никакое оружие.
Аттикус зарядил револьвер, прикрепил к ремню кобуру и сунул его туда. Тяжесть «магнума» на бедре всегда придавала ему уверенности. Коробку с патронами он кинул в сумку, потом открыл второй ящичек, в котором обнаружился устрашающего вида «Хеклер-и-Кох МР5». Девятимиллиметровый автомат мог стрелять одиночными выстрелами, короткими очередями по три, а также заливать все вокруг свинцовым дождем, выпуская до сотни пуль в минуту. Легкий, удобный для скрытого ношения, он идеально подходил для ближнего боя. Аттикус проверил оружие, убедился, что все шесть магазинов заряжены полностью, и, заперев ящик, уложил автомат в сумку.
Взять еще несколько смен белья — и можно пускаться в путь. Аттикус понятия не имел, будет ли весь его арсенал хоть сколько-нибудь действенным против морского чудовища. Девятимиллиметровые пули могут оказаться для монстра не опаснее булавочных уколов. Также не стоило забывать: он отправляется в опасное приключение с людьми, которых совершенно не знает и которым не доверяет. А с оружием будет хоть чуть спокойнее. Повесив сумку на плечо, Аттикус вышел из комнаты — он был готов к бою.
Но к чему Аттикус оказался не готов, так это к виду комнаты дочери. Он лишь на секунду заглянул туда. Стены от пола до потолка были увешаны плакатами с портретами музыкантов, и среди них — огромная периодическая таблица Менделеева. Джиона ухитрялась совмещать в себе два совершенно разных мира, и противоположности очень гармонично уживались в ней.
Как же ему не хватало ее фиолетовых волос… или голубых?.. Или — какого еще цвета они могли оказаться в любой момент? Аттикус уронил сумку на пол и вошел в комнату. Его встретили ароматы апельсина и пачули…

ее любимые. На кровати и комоде разбросана в беспорядке одежда, на столе — учебники и научные журналы.
Сверху он увидел знакомую обложку и прочитал название книги: «Океан в опасности» доктора Аттикуса Янга. Он не помнил, чтобы давал ей эту книгу. Она была издана пять лет назад, задолго до того, как у дочери пробудился интерес к наукам. Аттикус раскрыл томик и удивился, увидев, что отдельные фразы подчеркнуты, а на полях стоит множество пометок, среди которых встретилась и такая: «Папочка просто умница!»
Аттикус из последних сил пытался справиться с нахлынувшими эмоциями. Если сейчас он не сдержится и поддастся им, то он проиграл. Еще чуть-чуть — и он неминуемо сломается. Пригодился опыт, приобретенный за годы службы в спецназе: перед боем глубоко вдохнуть, задержать дыхание и медленно выдохнуть. Это всегда помогало успокоиться — помогло и сейчас.
Тем временем в спальню проникли первые