Кротовский, вы сдурели

за одну попытку взлома, чем за серию ограблений.
— А за попытку убийства копа… что им полагается?
— Ой брось… — грабитель скривил пренебрежительную харю, — Здесь все копы ущемленные в правах. Четвертая стадия гражданства… мусор…
— А я? — спросил гуманоид, — Я по-твоему тоже мусор? У меня вообще никакого гражданства.
— Нет… ну что ты… — водила замялся, — Ты крутой. Ты артефактор.
— То есть ты считаешь, нам не нужно бояться, что копы сюда придут?
— Не придут, — убежденно ответил грабитель.
— Ты готов в этом поклясться? — голос гуманоида стал холодным и вкрадчивым.
— Да легко… чем ты хочешь, чтобы я поклялся?
— Своей жизнью поклянись. Больше у тебя ничего нет.
— Да легко… — с вызовом согласился водила.
В следующий миг Гамлет ударил гуманоида молнией. Артефактор, держащий в руках недоделанный артефакт, нечаянно его активировал. Водилу испепелило на месте.
— Гамлет, черт побери. А можно было обойтись без убийства?
— А я тут причем? — оскорбился Гамлет, — Это клятва сработала.
Мы «упаковали» гуманоида, связав его со всем тщанием. Уж больно опасный тип. Затем снова списался с дежурным офицером. Указывать координаты не понадобилось. На служебной интерактивной карте мое местоположение и так отмечено.
На этот раз «подкрепление» все же приехало… аж на трех тачках с мигалками. Так что обратно в управление я поехал на машине, а Гамлет с Ныром поехали в моем инвентаре. Нечего им пока светиться. И очень скоро я пожалел, что спрятал своих помощников в инвентарь, потому что в полиции на руки мне надели браслеты, а на шею обруч, блокирующий доступ в инвентарь.
— Люди, вы сдурели? — я пытался качать права, когда меня запирали в соседнюю с артефактором-гуманоидом камеру, — Если чо, я поймал опасных преступников… на тот случай, если вы этого не заметили.
Мои доводы были проигнорированы. Я как-будто пустое место. До разговора со мной снизошел только сам артефактор, да и то от скуки.
— Ты первый день в Киртасе, парень? — спросил меня он.
— В полиции первый день работаю.
— Незнание законов не освобождает от…
— А ну-ка примолкли там, — прикрикнул на нас охранник, — Нельзя разговоривать заключенным в разных камерах.
Гуманоид потерял ко мне интерес и, по-моему, задремал. Я продолжаю офигевать. Как так? Через некоторое время возле решетки моей камеры нарисовались напарники. Усатый держит в руке пончик, а безусый — стаканчик с кофе.
— Вот говорили тебе, молодой, не лезь, — с осуждением сказал усатый.
— Да что не так-то?
— Э… отошли от заключенного, — снова прикрикнул охранник.
Безусый вздернул брови, показывая, что ничего сделать для меня не может. Оба ушли… жрать пончики и дуть кофе… нормально, чо… решив, что переживаниями ничего не изменить, как смог устроился на жесткой лавке и задремал. А утром меня растолкали и отвели в допросную.
Обруч с шеи и в камере не снимали, а в допросной опять нацепили браслеты, еще к столу пристегнули, как-будто преступник — это я. В допросную зашел тучный дядька с блестящей от пота лысиной. Ага. Припоминаю, он начальник нашего отделения. Наконец-то начальство пожаловало. Будут хоть какие-то объяснения.
Вместе с начальником вошла женщина… жгучая мулатка… глядя на нее, сразу подумал про карнавал в Рио, жаркие ночи на берегу океана, бренчание кастаньет, глубокий вырез, танго, каблучки отстукивающие ритм, и томный гитарный звон…
— Кротовский… Кротовский…
— А?
— Вы уснули что-ли?
— Извините. Не выспался. На лавке в камере толком не поспать.
Стряхиваю секундное наваждение. Мулатка одета в строгий брючный костюм. Черные волосы забраны в тугой хвост. Облупленные депрессовые стены допросной не имеют ничего общего с бескрайним звездным бразильским небом.
— Меня зовут инспектор Сильвего, — представляется мулатка и первой садится напротив. Слегка помявшись, начальник усаживается тоже, — В отношении вас будет проведено служебное расследование.
— На какой предмет расследование?… если это не секрет, конечно?
— Не секрет, — инспектор Сильвего раскрывает папочку, — На предмет правомочности ваших действий и применение силы при задержании граждан с третьим статусом.
— А-а, так вот в чем дело, — начинаю догадываться, — Мой статус четвертый, по сравнению с теми классными парнями я — мусор бесправный. А ничего, что они грабили, убивали, направили оружие против представителя закона? Уже только за это их должны