Кротовский, вы сдурели

крайне редко, только когда моей жизни угрожает реальная опасность. А так из него лишнего слова не вытянешь. Придется справляться самому.
Переношусь в Киртасу. Служебный полуофис-полуподвальчик напоминает полусонное царство. Похоже, моим компаньонам тоже поспать толком не удается.
— Кротовский, будь гуманоидом, сделай кофе, — просит Травка, — Убила бы за пару часов сна.
Ставлю кофейник. Достаю из тумбочки банку с кофе и сахар.
— Кому еще кофе?
Ниндзя дисциплинированно поднял руку, хотя глаз при этом не открыл. Гусь тоже поднял руку, хотя гузку от дивана не оторвал. Ладно. Мне не трудно. Достаю с полки четыре чашки.
— Вам еще подать? — спрашиваю, разлив кофе по чашкам.
— Да, — отвечают хором все трое.
Раздаю чашки, беру свою и подношу к губам, предвкушая обжигающий, горячий, сладкий…
— О, Кротовский, кофе сделал! — восклицает с порога инспектор Сильвего, в ее руках сверток с одеждой, — На вот. Одевайся. Тебе некогда кофе пить, мне отдай.
Со вздохом отдаю инспектору свою чашку и принимаю сверток.
— Вот не надо на меня так смотреть… правда времени нет… я тебе оставлю глоточек… — Сильвего с наслаждением отхлебывает, —…м-м, неплохо…
— И где мне переодеваться? Туалет хотя бы тут есть?
— Да брось, Кротовский, — Травка щурит один глаз, держа чашечку с кофе на отлете, — Тут все свои.
— Как скажете…
Раскладываю вечерний костюм а-ля фрак местного покроя прямо на столике и сканирую. Затем подгоняю доспех под местную оперную моду. Получается не идентично, но довольно похоже.
—…так пойдет? — спрашиваю у Сильвего.
— Пойдет, — одобряет инспектор, — Классный у тебя доспех. Он прям любую форму способен принимать?
— Почти любую.
— А ну-ка, преврати его в купальный костюм, — требует Травка, — Иначе не поверю.
— Какой еще купальный? В плавки что-ли? Обойдешься…
— Гад ты, Кротовский, — расстраивается Травка, — Почему у меня нет такого… о, слушай, подари мне свой доспех. Обещаю в офисе всегда превращать его в бикини.
— Он не сможет превратиться в бикини… и он ко мне привязан.
«облом» — посылает Гамлет сообщение из инвентаря.
«уймись» — отвечает ему Ныр.
— Все ребятки, выезжаем.
Сильвего, как и обещала, передает мне чашку, в которой осталось на пару глотков. А она мне нравится. Нос не задирает. С нами ведет себя без чванства, но и не запанибрата. Вообще питье из общей посуды — знак доверия и определенной близости. Сильвего явно дает понять, что она с нами в одной лодке.
Подъезжаем к зданию оперы. Что сказать, дорого-богато… даже покруче нашего Большого театра. На огромную площадь, выложенную разноцветными светящимися булыжниками, подкатывают кабриолеты, лимузины и прочие колесные атрибуты классового неравенства. Хорошо еще мы поехали не в нашем фургоне, а в тачке Сильвего. У нее машина бизнес-класса, так даже она на общем фоне выглядит блекло.
— Кротовский, ты должен изобразить важную персону… или как минимум того, кто привык к роскоши… на обстановку и, тем более, на людей не пялься… сможешь? — спрашивает инспектор.
— Смогу. В своем мире даже с императором встречался.
— А, ну тогда справишься… Травка останется в машине, — продолжает инструктаж Сильвего, — Я, Гусь и Ниндзя — зайдем через черный ход. В зал нас не пропустят. Но мы будем крутиться в фойе. Считай, будем рядом.
— Это все понятно, — киваю, — А мне что делать?
— Оперу слушать, что еще. Ты наживка на этой рыбалке. Твоя задача просто болтаться на крючке и изображать червячка.
— Хорошо, — выхожу из машины и неспешной походкой подгребаю ко входу.
Тут трудится целый взвод швейцаров. Открывают пассажирские двери подъезжающих машин, провожают гостей по лестнице ко входу. Пристраиваюсь в этот помпезный конвейер. Показываю пригласительный билет. Меня запускают внутрь. Ничо сложного.
Мне велено по сторонам не глазеть, ну я и не глазею… даже позевываю слегка в кулачок… м-да, главное в зале не уснуть. А то конфуз выйдет. И хорошо, что я картограф. У меня есть карта зрительного зала. Я знаю, где примерно находится мое место, и через какой вход мне в него заходить. Место у меня почти скраю, не самое козырное, зато удобное. Можно занять одним из последних, когда зал заполнится.
Прозвенел мелодичный колокольчик, люди потянулись в зал. Вперед не лезу, жду, когда пройдет основная масса. После третьего звонка тоже, наконец, захожу. Усаживаюсь. Справа от меня пожилая дама с морским биноклем. И взгляд у нее