Мечтаете испытать адское наслаждение в объятиях демона? Подумайте сначала о том, как придется знакомиться с родственниками любимого!.. Желаете обладать совершенно, гм, необыкновенными мужскими достоинствами? Остерегайтесь – ведь желание может и сбыться… Изверились в том, что на свете остался `хоть один настоящий мужик`? Не огорчайтесь. Кто вам сказал, что настоящий мужик обязательно должен быть живым? Лучшая любовь – это любовь, приправленная Смертью. Издание составлено на основе двух зарубежных антологий ужасов — «Hot Blood: Tales of Provocative Horror» (1989) и «Hotter Blood: More Tales of Erotic Horror» (1991) .
Авторы: Ньютон Майкл, Старджон Теодор Гамильтон, Мэтисон Ричард, Маккаммон Роберт Рик, Таттл Лиза, Лаймон Ричард Карл, Тейлор Люси, Эллисон Харлан, Рекс Миллер, Грант Моррисон, Бранднер Гарри, Мастертон Грэхем, Нэнси А. Коллинз, Дэниэлс Лес, Гелб Джефф, Кэнтрилл Лиза В., Уильямсон Чет, Гейтс Р Патрик, Тэм Стив Рэсник, Басьек Керт, Бирн Джон Л.
Дом был похож на старый, потрепанный штормами корабль, выброшенный на берег моря и нашедший последнее пристанище в зарослях сорной травы. Когда Эллен увидела эту старую развалюху, сердце у нее упало.
— Этот, что ли? — спросил таксист, с сомнением косясь на дом и останавливая машину.
— Кажется, этот, — сказала Эллен без особой уверенности. Как могла ее тетя — или вообще кто-нибудь — жить в таком доме?
Дом, построенный из дерева, стоял на цементных блоках, поднимавших его на три-четыре фута над землей. Казалось, что наибольший ущерб нанесли ему не столько морские приливы, сколько ветер и время. Доски, покрытые, словно струпьями, пятнами старой серой краски, покоробились от непогоды и начали крошиться. Окна без занавесок походили на пустые глазницы, а ставень в одном месте свисал, грозя отвалиться в любую минуту. Между досками обвисшего балкона на втором этаже зияли щели.
— Я вас подожду, — сказал шофер, останавливаясь в конце заросшего травой подъездного пути. — На случай, если там нет никого.
— Спасибо, — сказала Эллен, выбираясь с заднего сиденья и волоча за собой чемодан. Она протянула шоферу деньги и взглянула на дом. Никаких признаков жизни. У нее вырвался невольный вздох. — Не уезжайте, пожалуйста, пока не увидите, что мне открыли, — попросила она шофера.
С трудом пробираясь через ямы и выбоины цементной дорожки, ведущей к входной двери, Эллен вдруг остановилась, вздрогнув: кажется, за домом что-то мелькнуло. Она напряженно всматривалась в темноту. Кто там? Собака? Играющий ребенок? Что-то большое, темное, стремительное — сейчас оно ушло или прячется. За спиной слышался шум включенного мотора, и Эллен заколебалась, не вернуться ли назад. Назад к Дэнни. Назад ко всем проблемам. Назад к его лжи и обещаниям.
Она двинулась вперед, поднялась на крыльцо и резко стукнула два раза по покоробленной серой двери.
Ей открыла очень старая женщина, худая как палка и явно страдающая от какой-то болезни. Они уставились друг на друга.
— Тетушка Мэй?
В глазах старухи мелькнуло узнавание, она слабо кивнула:
— Ах, Эллен, это ты!
Если это действительно ее тетя, то когда же она успела так состариться?
— Заходи, дорогая. — Старуха сделала приглашающий жест высохшей, похожей на клешню рукой. Тут налетел ветер, дом заскрипел, и на мгновение Эллен показалось, что крыльцо сейчас рухнет у нее под ногами. Она неуверенно ступила в дом. Старуха — «тетя», напомнила она себе, — закрыла за ней дверь.
— Неужели вы живете здесь одна? — начала Эллен. — Если бы я знала если бы папа знал, — мы бы…
— Если бы я нуждалась в помощи, я бы попросила о ней, — сказала тетя Мэй с резкостью, сразу напомнившей Эллен отца.
— Но этот дом, — сказала Эллен, — он слишком велик для одного человека. Он выглядит так, как будто может обрушиться в любую минуту. Вдруг что-нибудь случится с вами здесь, когда вы совсем одна…
Старуха засмеялась — будто зашуршала бумага.
— Чепуха. Этот дом еще меня переживет. Да и вид у него обманчив. Посмотри — здесь очень уютно.
Эллен окинула взглядом холл. Большая комната с высоким потолком, медной люстрой и пышным восточным ковром. Стены окрашены в кремовый цвет; широкая лестница, ведущая наверх, отнюдь не казалась готовой рухнуть.
— Внутри все выглядит намного лучше, — сказала Эллен. — А с дороги дом кажется заброшенным. Таксист даже не поверил, что здесь кто-то живет.
— Меня волнует только то, что внутри, — сказала старуха. — Я, пожалуй, действительно его запустила. Дом насквозь прогнил, он изъеден жуками, и все-таки его не сравнить со мной. Он будет стоять на земле, когда я буду уже под землей; потому я о нем и не забочусь.
— Но, тетушка Мэй… — Эллен обняла тетины костлявые плечи. — Не говорите так. Вы же не умираете. Опять этот смех.
— Милая моя, посмотри на меня. Я действительно умираю. Я уже перешла грань, когда еще возможно спасение. Я вся изъедена изнутри. Того, что от меня осталось, едва хватит, чтобы оказать тебе гостеприимство.
Эллен посмотрела в ее глаза, и от увиденного к горлу подступил комок.
— Но врачи…
— Врачи не могут знать все. Приходит время для каждого, моя милая. Время расстаться с жизнью и уступить место другим. Давай же войдем и присядем. Может, ты хочешь чего-нибудь перекусить? Ты, наверное, очень голодна после такого долгого путешествия.
Совершенно ошеломленная, Эллен последовала за тетей на небольшую кухоньку в золотисто-зеленых тонах. Она села за стол и уставилась на обои с узором из чередующихся рыбок и сковородок.
Тетя умирает. Это было абсолютной неожиданностью. «Старшая сестра отца — но старше лишь на восемь лет», — вспомнила Эллен.
