Судьба нередко преподносит нам сюрпризы. Недоучившийся маг ловит удачу за хвост и возносится к вершинам власти. Сунувший под заклинание любопытный нос меняет лицо мира. Участь целого королевства зависит от удачливости некоего вора, а крепкий сон мирового зла — от деревянной безделушки. Все мы проклинаем перемены, а через мгновение втайне мечтаем о них. Так что же ждет наших героев там, на следующей странице?
Авторы: Бодров Виталий Витальевич
Лани.
— Гмм… а вот этого — не помню, — сознался воин, почесав в затылке.
Таль с удивлением обнаружил, что пожилой священник в мантии архиепископа прервал свою речь, и теперь вся толпа слушает исключительно их разговор, затаив дыхание. Что и говорить, для простого люда беседа о пьянках куда ближе, чем непонятные слова о величии и справедливости. Не так уж далеко мы и ушли от варваров, подумал Таль.
— Если вы уже закончили, я хотел бы вернуться к свое коронации, — невозмутимо заметил все еще принц. — Разговоры о пьянках можно и отложить… до ближайшей пьянки, хотя бы. И уж совсем не дело говорить о столь увлекательных вещах, когда будущий король изволит страдать под грузом будущей же короны
Участникам беседы сразу стало стыдно, и они замолчали. Нанок чувствовал плечом плечо Таля, и едва заметно улыбался. Малыш был прав. Он не один. А рядом с друзьями — какое может быть, к Беодлу, одиночество?
— Ты здорово вырос, ученик, — голос Учителя был ласковым и каким-то печальным. — Я рад за тебя, малыш. Скажу по секрету, ты был самым лучшим, самым перспективным из моих учеников. Сделай так, чтобы ты пошел дальше своего Учителя. Я хочу гордиться тем, что ты стал лучше, сильнее, выше меня… Тем, что мои усилия не пропали даром.
— Так говорят только при прощании, — грустно заметил Таль. — Учитель… неужели это все? Неужели мы расстанемся?
— Да, Ларгет. Когда птице становятся тесно в клетке, ее отпускают на волю. Ты перерос свою клетку, малыш. Лети, мой птенец, расти, учись на свободе… а потом возвращайся. Взрослой, оперившейся, мудрой птицей — возвращайся. Если ты думаешь, что мне больше нечему тебя научить, то ты глубоко ошибаешься. Но сейчас для тебя важнее свобода, чем мертвые знания. Лети, мой птенец…
Таль отвернулся, не в силах сдержать слезы. Почему, ну, почему прощаться так больно?
— И девчонку свою… не отпускай от себя.
— Она не моя, — автоматически поправил Ларгет.
— Твоя, твоя. Даже если ни ты, ни она об этом не подозреваете. Будь осторожнее с ней, малыш. Девушки вроде нее слишком уязвимы и ранимы…
Таль отвернулся, чтобы скрыть улыбку. Раз уж Учитель начал говорить, как сутенер, имеющий два пальца с каждой небескорыстно снятой юбки… Воистину, этот мир окончательно сошел с ума! Оставаясь при этом загадочным и манящим…
А потом был бал по случаю коронации. Как было объявлено королем, бал маскарад. Форма одежды — присутствует. Для дам возможны исключения.
Дамы радовали всех (кроме, само собой, других дам) красотой и изысканностью нарядов, кавалеры тоже бомжами не казались. Гремела музыка, слуги в ливреях разносили на подносах вино. Варвар с удовольствием осушил пару бокалов, потом завертел головой, делая попытку отыскать знакомое лицо.
Одно лицо обнаружилось довольно быстро. Единственное в зале, которое не было под маской. Собственно, потому бал и назывался маскарадным, что все были в масках и одеты непонятно во что. Кроме, конечно варвара, который маскироваться нипочем не желал.
Лицо принадлежало королю. Король не имеет право носить маску, потому что он — лицо государства. Не годится государству прятать рыло под маской. Так варвару объяснил какой-то разряженный человек, к сожалению, Нанок не запомнил, как этот чудак назывался.
Варвар собрался было пообщаться с королем, но вокруг него образовалась такая толпа, что он плюнул и решил не идти.
Еще одного знакомого он опознал, несмотря на его необычный наряд. Да, нечасто такое увидишь — пример-министр в костюме… шута! Разноцветном, пестром наряде, а на голове — колпак с традиционными бубенчиками.
Роль свою Его Светлость отыгрывал великолепно — шутил, кривлялся, высмеивал тех, кто ближе стоит, приставал к дамам. В общем, вел себя, как самый настоящий шут, возможно, даже фасолевый. Или вовсе бобовый.
Нанок протолкался к нему через толпу ряженых.
— Здорово, Лемур, — поприветствовал он.
— Ну, вот, меня даже первый встречный варвар опознал, — огорчился пример. — Неужели я так плохо замаскировался?
— Волосы рыжие у тебя одного, — хмыкнул варвар.
— А это не волосы! Это парик! — возмутился Лем.
— Зачем, к Беодлу, надевать парик под цвет волос? — не понял варвар.
— Эх, облом ты кассарадский! Что бы ты понимал! — в сердцах воскликнул шут, оставив варвара в непонятках.
— Хочу парик! — немедленно заявил топор.
— В сапог засуну! В семимильный! — пригрозил Нанок.
— Да засовывай, — согласился топор. — Хоть какой-то прикид.
