Кровавая купель

и смылась.
Мы посмеялись и еще поговорили, потом взяли ведра и вернулись к колонне.
Через десять минут мы снова были в пути.
Мы ехали по шоссе, и я знал, что пройдет немного времени, и я снова встречу своих родителей. Вопрос, сумасшедшие они или нет, решится тогда… когда будет ясно, попытаются ли они убить меня.

В тот день с полудня зарядил сильный дождь. Колонна ковыляла на север по извилистым сельским дорогам. В три мы съехали на придорожную поляну для пикников и сделали привал. Под сомнительным прикрытием деревьев разложили каменные очаги.
Я пошел проверить грузовик – шланг, заваренный крутым яйцом, пока что держал, – потом пошел смотреть микроавтобус. Свеча снова забарахлила. Я ее прочистил, как мог.
Пока я работал, все думал о родителях. Что-то с ними случилось. Что – я не знал, но они думали, что это замечательно. И еще я вспоминал сумасшедшего отца Слэттера, одержимого охотой за собственным сыном.
Мимо меня деловым шагом быстро прошел Дэйв.
– Ник, когда закончишь, быстренько возьми себе кофе и чего-нибудь поесть. Через пять минут выступаем.
– Дэйв, этот микроавтобус долго не продержится. Свеча отказывает каждые… Дэйв! Дэйв!
Он уже исчез. У него в голове был список задач, и этот микроавтобус был где-то в конце.
Когда я шел сквозь дождь взять себе кофе, я увидел Сару лицом к лицу со Слэттером. Сердце у меня подпрыгнуло: опять заваривалось какое-то дерьмо.
– В чем дело, Слэттер? – спокойно спросил я.
– Я вот подумал, что они мне нужны, чтобы лучше тебя рассмотреть.
– Слэттер, отдай Вики очки.
– Я всегда думал, что ты выглядишь как полное говно, Атен. И хотел просто посмотреть через них, чтобы убедиться… Ага, так. Ты точно полное говно, Атен.
– Прошу тебя, Таг, – мягко сказала Сара. – Отдай Вики очки. Она без них не видит.
Большая ошибка. Никогда не пытайся воззвать к добрым чувствам Слэттера – у него таковых не имеется. А если ты покажешь, что его действия для тебя хуже, чем он думал, – для этого гада это будут именины сердца.
– Отвали, белобрысая. Они мне нужны. – Он прищурил свои татуировки. – А то, может, попросишь своего хахаля у меня их забрать?
– Брось, Слэттер. Колонна выезжает.
Как только остальные увидели, что происходит, они запаковались ультрабыстро и позапирались в машинах.
А мы так и стояли под дождем. Ожидая, что кто-то что-то сделает. Я ждал, что Слэттеру станет мокро и холодно настолько, что он плюнет и полезет в свой грузовик. Он тоже ждал, глядя на меня сквозь свои татуировки.
Автобус Дэйва погудел сигналом и поехал, остальные выстроились за ним. Остались только мы со своим “сегуном”.
– Иди, – сказала Сара Вики. – Садись в машину. Энн уже сидела на заднем сиденье. Когда Сара села впереди на пассажирское место, я шепнул:
– Когда увидишь, что я побежал, садись за руль и езжай как можно быстрее.
– Нет, Ник. Что бы ты ни задумал, я этого не сделаю.
– Слушай, Слэттеру просто нужен повод для драки. Он не отстанет, пока мне морду не набьет. Мы сделаем вот как. Я схвачу очки и побегу вон туда, в поле. – Я глянул на вспаханное поле, лежащее как семь акров мокрого шоколада. – Слэттер за мной погонится. Ты видишь, где дорога сворачивает направо у края поля? Жди меня там. Я думаю, что бегаю быстрее Слэттера. Как только я сяду, нагоняем колонну.
– Нельзя же оставить Слэттера здесь! Он погибнет.
– Черта с два. Он выживет. Только перестанет нас доставать – а только это и важно.
– Ник…
– Все, до свидания.
Я отошел обратно на пятнадцать шагов к Слэттеру.
– Последний раз, Слэттер. Отдай очки.
– Знаешь, они мне уже надоели. Я их раздавлю на фиг, если ты их не заберешь. Вот они.
И он выставил их в своей здоровенной татуированной лапище. При этом он встал так, чтобы быть между мной и машиной. Он думал, что я хочу их выхватить и бежать к машине. При этом он встал как раз так, как мне хотелось. Я теперь был ближе к полю, через которое собирался бежать.
– А ты и в самом деле поджег бы своего отца, Слэттер?
– Ага.
– Почему?
– А почему бы и нет?
– А ты не думаешь, что он продолжает тебя преследовать?
Он хрюкнул, что, очевидно, означало “да”. – Я видел своих родителей. Они тоже меня преследуют.
– Значит, они тоже свихнулись, к херам. Я тебе раз в жизни сделаю одолжение, Атен. Дам совет: убей их при первой возможности. А то они тебя убьют.
– А чего мне этого ждать? Это же ты хочешь меня убить, разве не так?
– Не… Я только хочу сделать тебе харю покрасивее.
– Зачем? Зачем ты тратишь свою жизнь,