Кровавая месса

в Сен-Мало. Вы поедете со мной?
– Я пойду туда, куда пойдете вы. Впрочем, я не сомневался, что вы мне это предложите.
И они уехали на повозке торговца устрицами, того самого, что привез Лауру и Питу в Канкаль. В Сен-Мало Лаура сразу зарегистрировала свой американский паспорт. Предлогом для пребывания во Франции мисс Адамс, дочери свободных Соединенных Штатов Америки, стал поиск бретонских корней, о которых ей рассказывали еще в Бостоне, когда она была ребенком. А поскольку ее сопровождал герой битвы при Вальми, местные власти ни в чем не заподозрили молодую американку.
Лаура и Жуан поселились в таверне «Веселая треска», расположенной поблизости от дома де Лодренов. Лаура не боялась, что ее кто-нибудь узнает: детство она провела в Ля-Лодренэ и в Комере, а потом ее увезли в Париж, где она вышла замуж за Жосса де Понталека.
– Окна комнаты Лауры выходили на улицу, так что она могла постоянно наблюдать за дверью родительского дома. Первые два дня из особняка практически никто не выходил, но потом Жоэль Жуан, у которого не было причин прятаться, сумел перехватить Бину и привести девушку к ее бывшей хозяйке. Это не составило для него никакого труда. Юная бретонка уже давно была влюблена в него. Около года она ничего не знала о его судьбе, а когда увидела на улице, пусть и без одной руки, то радости ее не было границ. Да, Бина отлично знала о тех чувствах, что Жуан питал к ее хозяйке, но девушка всегда была непритязательной и довольствовалась малым. Ей хватало и того, что она живет рядом с ним, надеясь, что когда-нибудь он заметит, насколько она очаровательна. Бина думала, что Жоэль погиб, поэтому, когда он предстал, живехонький, перед ней, она готова была последовать за ним на край света. Пусть ей предстояло всего лишь дойти до таверны и поговорить с мисс Адамс, это все равно было для нее счастьем.
Рассказ Бины встревожил Лауру. Оказалось, что накануне, когда Мария возвращалась одна из Ля-Лодренэ, ее легкую коляску остановили какие-то бандиты. Не слишком церемонясь, они выволокли женщину из экипажа и посоветовали ей побыстрее убраться из города, если она не хочет посмотреть, как два ее корабля, пришвартованные в гавани, все склады и городской дом погибнут в огне.
– Госпожа Мария не из пугливых; да вы и сами это знаете, мадемуазель Анна-Лаура. – Бина никак не могла привыкнуть называть молодую женщину иначе. – Но когда вернулся господин маркиз, он устроил настоящую истерику. Кричал, что опасность слишком велика, и убеждал госпожу на время отойти от дел, поручив все добрейшему господину Беде. Вы его знаете – он являлся правой рукой госпожи после смерти вашего батюшки.
– И моя мать согласилась? – удивилась Лаура, которой эта история с нападением кое-что напомнила. – Это на нее совсем не похоже.
– Я думаю, госпожа и в самом деле перепугалась. И потом, господин маркиз твердо стоял на своем. Он говорил, что либо отвезет госпожу на остров Джерси, либо бросит ее здесь одну и уедет к брату короля графу Прованскому, который сейчас в Германии, чтобы послужить доброму делу. Господин маркиз заверил госпожу, что если она согласится, то он будет часто приезжать к ней на остров Джерси. Он еще добавил, что тогда ему не придется беспокоиться о той, кто для него дороже всех сокровищ мира…
– Скажи-ка мне, Бина, – вмешался Жуан, – откуда ты так много знаешь? Полагаю, что ты не забыла свою привычку подслушивать под дверью и подсматривать в замочные скважины!
– Когда любишь людей, они тебе интересны, – запротестовала обиженная девушка.
– Сейчас эта привычка нам на руку, – твердо сказала Лаура. – Продолжай, Бина.
– Ну… Больше-то мне особо рассказывать нечего. Прошлой ночью они оба покинули дом и ушли пешком, чтобы сесть на корабль, который господин маркиз приказал для них приготовить. Только вот не знаю где.
– То есть как не знаешь?! – рявкнул Жуан.
– А ты решил, что они взяли и все мне выложили! – воскликнула Бина. – Скажи спасибо, что я знаю хотя бы это!
Весть о бегстве матери поразила Лауру. Как она могла так поддаться влиянию Понталека, покорно соглашаясь на любые его решения? Как могла бросить все, что составляло смысл ее жизни? Неужели Мария не понимала, что, хотя остров Джерси совсем рядом, она все равно станет эмигранткой, чье имущество автоматически по закону подлежит конфискации? И еще более непонятной была игра, которую вел де Понталек. Он так жаждал богатства, но каким образом он намеревался прибрать его к рукам? Разумеется, работяга Эрве Беде, отлично знавший все, что происходило в торговом доме де Лодренов, был воплощением честности и мог вполне успешно вести дела в ее отсутствие. Но что-то в этом плане ускользало от понимания Лауры… Возможно, Понталек – она даже не могла больше называть