Кровавые кости

И что-то в ней имело знакомый вкус, и это не было христианской магией.
– Здесь заложена какая-то магия смерти, – сказала я, обойдя насыпь и оказавшись перед Магнусом. – Человеческая жертва?
– Не совсем, – сказал Магнус.
– Мы никогда не приносили человеческих жертв, – добавила Дорри.
Она, может, и нет, но в Магнусе я не была так уверена. Хотя вслух я этого не сказала – Дорри и без того достаточно была расстроена.
– Если не жертва, то что?
– В трех холмах похоронены наши мертвецы. И каждая смерть – это как кол в клетку старого Кровавые Кости, – сказал Магнус.
– Как вы смогли потерять след, какие холмы принадлежат вам? – спросила я.
– Тому уже больше трехсот лет, – ответил Магнус. – До этого времени никаких записей нет. Я сам не был уверен, что это тот холм. Но когда из земли вывернули мертвецов, я это почуял. – Он обхватил себя руками, будто вдруг похолодало. – И ты не должна поднимать мертвых на этом холме. Если это сделать, Кровавые Кости вырвется на свободу. А остановить его можно только очень сложной магией. Честно говоря, я не уверен, что мне это удастся. А ни одного индейского шамана я сейчас не знаю.
– Ты надсмеялся над всем, что нам дорого! – бросила ему Дорри.
– Что тебе предложила Серефина? – спросила я.
Он поглядел на меня с удивлением:
– О чем ты?
– Она каждому предлагает исполнить самое затаенное желание. Какое было у тебя, Магнус?
– Свобода и сила. Она сказала, что найдет другого стража для Кровавых Костей. Обещала, что найдет для меня способ сохранить одолженную у него силу, не будучи к нему привязанным.
– И ты поверил?
Он покачал головой:
– Я единственный в семье, у кого есть сила. Мы навечно поставлены его стражами в наказание за его похищение и за то, что дали ему убивать. – Он свалился на колени среди синих-синих цветов, и волосы рассыпались, закрыв его склоненное лицо. – Мне никогда не быть свободным.
– Ты не заслуживаешь свободы, – сказала Дорри.
– Зачем ты был так нужен Серефине? – спросила я.
– Она боится смерти. И она говорит, что, выпив крови такого долгожителя, как я, сможет удерживать смерть на расстоянии.
– Она же вампир! – возразил Ларри.
– Но она не бессмертна, – ответила я ему.
Магнус поднял голову, из-под блестящих волос сверкнули аквамариновые глаза. То ли в волосах было дело, то ли в глазах, то ли в том, что его скрывало странное движение цветов, но он не был похож на человека.
– Она боится смерти, – сказал он. – Она боится тебя.
Голос у него был тихий и гулкий.
– Вчера она меня чуть не отключила навсегда. Отчего бы ей меня бояться?
– Этой ночью ты принесла к нам смерть.
– Это же наверняка не в первый раз?
– Она пришла ко мне из-за моей долгой жизни, из-за моей бессмертной крови. Может быть, потом она придет к тебе. И вместо того чтобы бежать от смерти, вберет ее в себя.
У меня плечи покрылись гусиной кожей, поднявшейся от локтей.
– Это она тебе вчера сказала?
– Здесь было дело в силе, в том, чтобы нанести удар ее старому врагу Жан-Клоду, но потом она подумала, не пригодится ли ей твоя сила. Если она тебя выпьет, не станет ли она бессмертной? Не сможет ли твоя некромантия отвратить от нее смерть?
– Ты можешь уехать, – сказал Ларри. Я не была уверена, к кому из нас он обращается.
Я покачала головой:
– От Мастера Вампиров так просто не избавишься. Я скажу Стирлингу, что не буду поднимать для него мертвецов, Магнус. Кроме меня, этого не может сделать никто, значит, этого не будет.
– Но землю они не отдадут, – сказал Магнус тем же странным голосом. – Если они просто взорвут гору, результат будет тот же.
– Дорри, это правда?
Она кивнула:
– Вполне возможно.
– И что ты хочешь, чтобы я сделала?
Магнус пополз через цветы, глядя на меня из-под завесы блестящих волос. Глаза его превратились в завитки зеленого и синего, они вертелись так, что у меня голова закружилась. Я отвернулась.
– Подними несколько мертвых. Ты это можешь?
– Запросто, – ответила я. – Но согласятся ли с этим адвокаты?
– Я за этим прослежу, – сказал он.
– Дорри? – повернулась я к ней.
– Я тоже прослежу.
Я на миг задержала взгляд на Магнусе:
– Серефина действительно спасет мальчика?
– Да, – ответил он.
– Тогда сегодня ночью увидимся.
– Нет, сегодня ночью я буду всерьез и воистину пьян. Это небезопасно, но помогает от нее избавиться.
– Ладно, я подниму тебе несколько мертвецов. Храни свою землю.
– Мы обязаны тебе благодарностью, – сказал Магнус.
Он склонился среди цветов, дикий, страшный, красивый. Его благодарность