Кровавые кости

на боку, скорчившись и зажимая рану в животе. Широкий черный круг показывал, где впиталась в жадную землю кровь. Я с первого взгляда определила, что он мертв, но нагнулась к нему, не спуская глаз со Стирлинга. Не то чтобы я не доверяла Ларри – я не доверяла Стирлингу.
Пульса на шее не было. Кожа уже остывала в прохладном весеннем воздухе. Это не была мгновенная смерть. Лайонел Баярд погиб в бою. Он погиб в одиночку, и он знал, что умирает, и знал, что его предали. Плохая смерть.
Я встала и посмотрела на Стирлинга. Мне хотелось убить его за Баярда, за Магнуса, за Дорри Бувье, за ее детей. За то, что он бессердечный гад.
Он был свидетелем, как я использовала зомби в качестве оружия. За использование магии как смертельного оружия полагается смертная казнь. Самозащита в расчет не принимается.
Я глядела на Стирлинга, на лежащую без сознания Гаррисон и понимала, что могу подойти, пустить пулю в каждого из них и потом спать спокойно.
Господи Иисусе!
Ларри посмотрел на меня. Пистолет он держал так же ровно, но на миг отвернулся от Стирлинга. Сейчас это не фатально, но втык я ему за это потом сделаю.
– Баярд мертв?
– Да.
Я направилась к ним, размышляя, что мне теперь делать. Вряд ли Ларри позволит мне хладнокровно их застрелить. Частично я была этому рада, а частично нет.
В лицо подул ветер. Шелестящий ветер, как от деревьев или материи. Но деревьев на вершине холма не было. Я повернулась, держа двумя руками револьвер сорок пятого калибра. На краю вершины стоял Янош. Глядя в его лицо – в его череп, – я, кажется, перестала дышать. Он был одет в черное, и даже руки были скрыты черными перчатками. На какой-то миг он показался мне парящим в воздухе черепом.
– Мальчик у нас, – сказал он.

Кресты снова стали видны. Они светились слабым белым сиянием. Не пылающим светом – пока нет. Нам не грозила явная опасность, но крест даже через рубашку грел.
Янош приложил руку к глазам – как я заслонила бы глаза от солнца, ведя машину.
– Пожалуйста, уберите это, чтобы мы могли поговорить.
Он не просил снять распятие. А заткнуть его за рубашку – это моей жизни не угрожало. Я заправила крестик под рубашку, держа другой рукой пистолет с направленным на Яноша стволом. До меня дошло, что я не знаю, серебряные ли в нем пули. Но сейчас не время спрашивать – Стирлинг вряд ли скажет правду.
Ларри тоже спрятал крест с глаз долой. Яркая ночь потускнела только чуточку.
– Ладно, что дальше? – спросила я.
Сзади к Яношу подошла Кисса, выставив перед собой Джеффа Квинлена как щит. Без очков он выглядел еще моложе. Руки у него были сложены за спиной под таким углом, что, если чуть потянуть, должно быть больно.
На нем был сливочного цвета фрак с поясом на два тона темнее, под цвет бабочки. Кисса была одета в черную кожу, и они с Джеффом составляли удивительный контраст.
Я сглотнула слюну, задыхаясь от сердцебиения. Что они задумали?
– Джефф, ты как?
– Вроде ничего.
Кисса чуть дернула его руки.
Он вздрогнул.
– Все в порядке, я хотел сказать.
Он говорил чуть более высоким голосом, чем нужно, слегка испуганным.
Я протянула руку:
– Иди сюда.
– Еще рано, – ответил Янош.
– Чего вы хотите?
– Прежде всего бросьте оружие.
– А если нет?
Я знала ответ, но хотела, чтобы он произнес это вслух.
– Кисса убьет мальчика, и все ваши старания окажутся напрасны.
– Помогите! – попросил Стирлинг. – Она с ума сошла! Она натравила зомби на миз Гаррисон, а когда мы попытались защищаться, чуть не убила нас.
Наверняка он это сказал бы и в суде. И присяжные ему бы поверили – потому что хотели бы поверить. Я бы оказалась большой и мерзкой королевой зомби, а он – невинной жертвой.
Янош рассмеялся. Пергаментная кожа, казалось, вот-вот лопнет, но этого не случилось.
– Нет-нет, мистер Стирлинг. Я смотрел из темноты. Я видел, как вы убили того, другого.
Страх перекосил лицо Стирлинга.
– Не понимаю, о чем вы. Мы его честно наняли, он переметнулся против нас.
– Мой Мастер открыла твой разум Кровавым Костям. Она позволила ему шептать тебе о земле, деньгах, власти. Обо всех твоих желаниях.
– Серефина послала Айви меня убить, точнее, чтобы я убила ее. Чтобы наверняка знать, что Кровавые Кости будет свободен.
– Да, – подтвердил Янош. – Серефина сказала ей, что она должна смыть свой позор – поражение от тебя.
– Убив меня?
– Да.
– А если бы ей это удалось?
– Мой Мастер верит в тебя, Анита. Ты – смерть среди нас. Дыхание нашей смертности.
– А зачем ей выпускать это чудовище?
Кажется, я сегодня уже много раз