Кровавые кости

не гладил, а раздражал.
– Наш багаж еще не прибыл, мой волк?
– Нет, Мастер, – ответил Джейсон.
– Ваш гроб еще не прибыл? – спросила я.
– Либо я выбрал очень неряшливую авиакомпанию, либо…
Он не договорил.
– Либо что? – спросил Ларри.
– Ma petite?
– Вы думаете, что ваш гроб похитил местный Мастер, – сказала я.
– В наказание за проникновение на ее территорию без соблюдения всех социальных условностей. – Он произнес это, глядя прямо мне в глаза.
– Полагаю, это не моя вина? – спросила я.
Он чуть пожал плечами – жест, который всегда меня выводил из себя.
– Я мог бы ответить «нет», ma petite .
– Да идите вы к черту с вашей деликатностью!
– Вам бы больше понравилось, если бы я рвал и метал, ma petite?
Это было сказано очень ласковым голосом.
– Возможно, – ответила я.
Я бы тогда не чувствовала себя такой виноватой, но этого я не сказала.
– Джейсон, поезжай в аэропорт и разыщи наш багаж. Привези его сюда, в номер Аниты.
– Погодите! Жан-Клод, вы в моем номере жить не будете!
– Уже почти рассвет, ma petite . У меня нет выбора. Завтра мы найдем другое жилище.
– Вы это спланировали!
Он рассмеялся коротко и горько.
– Даже мое коварство имеет свои пределы, ma petite . Я бы никогда добровольно не оказался без гроба так близко к рассвету.
– И как же вы теперь будете без гроба? – спросил Ларри с озабоченным видом.
Жан-Клод улыбнулся:
– Не беспокойтесь, Лоранс, все, что мне нужно, – это темнота, по крайней мере отсутствие солнечного света. Сам по себе гроб не является абсолютной необходимостью. Он просто более надежен.
– Никогда не слыхала о вампире, который не спал бы в гробу, – сказала я.
– Если я под землей и в надежном месте, то могу обойтись и без гроба. Хотя, честно говоря, когда меня настигает день, я уже ничего не чувствую – могу заснуть на гвоздях и не знать про это.
Не уверена, что я ему поверила. Он старательнее многих пытался сойти за человека.
– Очень скоро вы убедитесь в правдивости моих слов, ma petite.
– Этого-то я и боюсь, – сказала я.
– Можете спать на диване, если вам так больше нравится, но я уверяю вас, что после наступления дня я стану безвреден – беспомощен, если хотите. И не смогу к вам приставать, даже если бы захотел.
– В какие еще сказки мне предлагается поверить? Я видела, как вы передвигались после рассвета. Прятались от дня, разумеется, но отлично работали.
– После восьми часов сна, если еще не наступил вечер, я могу передвигаться, это правда, но я не думаю, что вы останетесь в постели на эти восемь часов. У вас есть клиент или что-то в этом роде, вы заняты в расследовании убийства – в общем, делами, которые требуют вашего времени.
– Если я уйду, оставив вас одного, где гарантия, что не войдет горничная и не раздвинет шторы, превратив вас в жаркое?
Он улыбнулся шире:
– Забота о моем благополучии? Я тронут.
Я всмотрелась в его лицо. Он был благодушен и небрежен, но это была маска. То выражение, когда он хотел, чтобы ты не знал, о чем он думает, но не догадывался, что он не хочет, чтобы ты это знал.
– Что у вас на уме?
– Впервые в жизни – ничего, ma petite .
– Ага, так я и поверила.
– Если я найду гроб, мне придется нанять грузовик, – сказал Джейсон.
– Можно взять наш джип, – предложил Ларри.
Я полыхнула на него взглядом.
– Нет, нельзя!
– Подумайте об издержках, ma petite . Если Джейсону придется нанимать грузовик, мне, быть может, придется провести вторую ночь в вашей постели. Я думаю, вы этого не хотите.
В его голосе звучала легкая насмешка и – подводным течением – еще что-то. Может быть, горечь.
– Я поведу машину, – сказал Ларри.
– Ничего подобного, – возразила я.
– Анита, уже почти рассвет! Тебе ничего не грозит.
Я покачала головой:
– Нет.
– Не вечно же тебе обращаться со мной как с малолетним братиком. Я могу вести машину.
– Обещаю его не есть, – серьезно заявил Джейсон.
Я только глянула на него.
– Торжественно обещаю стрелять в любого, человека или монстра, который будет мне угрожать. – Ларри сделал жест бойскаута – три пальца к небу. – Вытащишь меня из тюрьмы под залог, объяснив, что я выполнял приказ.
– Ладно, черт бы тебя побрал, – вздохнула я и отдала ему ключи.
– Спасибо, – ухмыльнулся он.
Я покачала головой:
– Ты только давай побыстрее обратно, ладно?
– Как прикажешь.
– Проваливай