Кровавые кости

поправила я. – И два раза из трех он пытался меня съесть.
Ларри раскрыл глаза чуть пошире.
– Ты шутишь?
– Она такая аппетитная, – объяснил Джейсон.
– Слушай, хватит! – сказала я.
– А что такое? Жан-Клоду и Ричарду можно тебя поддразнивать?
– С ними обоими я встречаюсь. А с тобой – нет.
– А может, у тебя слабость к монстрам? Я могу быть страшен не хуже всякого другого.
Я поглядела на него в упор.
– Нет, – сказала я. – Не можешь. Потому ты и не альфа. Потому ты и собачка Жан-Клода, что недостаточно страшен.
В бледно-голубых глазах что-то мелькнуло, что-то злобное, опасное. Он сидел все в той же позе, подцепив вилкой кусок омлета, с банкой колы в руке, и вдруг стал иным. Словами это нельзя было передать, но волосы у меня на шее встали дыбом.
– Остынь, волчонок, – сказала я тихо и осторожно. Между нами был всего фут расстояния. На этой дистанции он бы свалил меня как нечего делать. Рука у меня была в дюйме от браунинга, но это кажущееся преимущество. Схватить пистолет я бы успела, но направить – ни в жизнь. Я видала, как движется Джейсон, и знала, что мне не успеть. От недосыпа я стала слишком доверчива или глупа, что, впрочем, одно и то же.
Послышалось низкое прерывистое рычание Джейсона. У меня быстрее заколотилось сердце.
Вдруг пистолет Ларри мимо моего носа уперся в лицо вервольфа.
– Не надо, – сказал Ларри голосом низким, ровным и очень серьезным.
Я соскользнула с табурета, выхватывая браунинг. Не надо мне, чтобы пистолет Ларри рявкнул у меня над самым ухом.
Почти небрежным жестом, одной рукой уставив пистолет в грудь Джейсона, я сказала:
– И никогда больше мне не угрожай.
Джейсон глядел на меня, и зверь метался в его глазах, как морская волна, бегущая к берегу.
– Начни только покрываться мехом, и я не стану проверять, блефуешь ты или нет.
Ларри встал коленом на табурет, держа ствол ровно и неподвижно. Я надеялась, что он не поскользнется и не пристрелит Джейсона случайно. Уж если так получится, то пусть это будет намеренно.
У Джейсона опали плечи. Кулаки разжались, вилка и стакан остались на стойке. Закрыв глаза, Джейсон целую минуту просидел совершенно неподвижно. Мы с Ларри ждали, не отводя стволов. Ларри стрельнул глазами в мою сторону, я покачала головой.
Джейсон открыл глаза и выдохнул глубоким, печальным вздохом. Он снова приобрел нормальный вид и с ухмылкой сказал:
– Я должен был попробовать.
– Ну, попробовал. И что?
Он пожал плечами:
– Ты надо мной доминант.
– Только и всего?
– А ты бы хотела, чтобы я заставил тебя со мной драться?
Я покачала головой.
– Но ведь я ее поддержал, – сказал Ларри. – Она была не одна.
– Без разницы. Ты ей предан, ты рискуешь жизнью ради нее. Быть доминантом – это больше, чем кулаки или пистолеты.
Ларри не понял:
– А что значит – доминант? Я что, упустил что-то из разговора?
– Джейсон, почему ты так стараешься не быть человеком? – спросила я.
Он улыбнулся и вернулся к еде.
– Ответь, Джейсон.
Он доел омлет и сказал:
– Не отвечу.
– Что происходит? – спросил Ларри.
– Состязание, кто кого перемудрит, – ответила я.
Ларри фыркнул:
– Объяснил бы мне кто-нибудь, почему я должен брать на мушку того, кому полагается быть на нашей стороне?
– Жан-Клод твердит мне, что Ричард не более человек, чем он сам. Вот этот маленький спектакль Джейсона должен был это проиллюстрировать. Так, волчонок?
Джейсон сосредоточенно доедал завтрак, будто нас здесь и не было.
– Отвечай!
Он повернулся на табуретке, заложив руки за спину.
– Анита, у меня сейчас достаточно хозяев. Мне не нужен еще один.
– А у меня слишком много монстров, с которыми приходится возиться. Не старайся попасть в этот список, Джейсон.
– А это у тебя шорт-лист?
– Именно. И он становится все короче и короче.
Он улыбнулся и слез с табурета.
– Интересно, кто-нибудь, кроме меня, от этого когда-нибудь устанет?
Мы с Ларри поглядели на него. Он не казался усталым – в отличие от нас, просто людей.
Джейсон не собирался отвечать на мои вопросы, и они не были настолько важны, чтобы его за это застрелить. Патовая ситуация.
– Ладно, где ты спишь? – спросила я.
– В комнате Ларри, если ты мне доверяешь, что я его не съем.
– Не пойдет.
– Но ты же не хочешь, чтобы я находился с тобой в одной комнате?
– Я ему сказал, что он может остаться у меня, когда мы приедем, – сказал Ларри.
– Это было до того, как он стал играть в оборотня.
Ларри пожал плечами:
– У тебя в койке валяется Мастер Города. Я думаю,