Кровавый след

Мне нужно с ним поговорить.

– Значит, ты предлагаешь мне уйти? – подозрительно спросил мужчина.

Марина промолчала. Я слушал этот разговор и весь кипел от злости на мужчину, который неизвестно по какому праву разговаривал с Мариной, как господин со своей рабыней, па саму Марину и на себя, потому что не решался подойти ближе и рассказать наглецу, кто я есть на самом деле.

– Так надо, – наконец сказала Марина. – Пожалуйста, и возьми с собой Настю.

– Мама, пойдем гулять, – пролепетала девочка, услышав, что мать назвала ее имя.

– Вы идите с… – Марина запнулась, а потом произнесла уверенным голосом, – с папой, а я вас скоро догоню.

– Ай, не хочу, – упрямилась девочка.

– Уведи ее, – со слезами повторила Марина. – Я прошу тебя.

Мужчина недовольно поднялся со скамейки, медленно сложил газету и взял за руку девчушку.

– Пойдем, у мамы серьезный и важный разговор, – сказал он, уводя мою дочку.

Когда они скрылись из виду, Марина бессильно опустилась на скамейку. Я подошел к ней и сел рядом. Мы не смотрели друг другу в глаза и сидели молча, как будто вообще не были знакомы.

– Зачем ты сказала увести ребенка? – наконец спросил я.

– Потому что так надо, – она старалась держаться уверенно.

– Кому надо?

Марина посмотрела на меня и заплакала. Жалость к ней сжимала мое сердце, я обнял жену за плечи и притянул к себе.

– Не плачь, родная моя, я вернулся.

Марина как-то странно посмотрела на меня и нервно, сквозь слезы, рассмеялась.

– Ты вернулся? Как это здорово! Вернулся защитник, который спасет меня от всех несчастий.

Я с ужасом отшатнулся от жены.

– Что ты такое говоришь?

– Я говорю чистую правду. Неужели ты не понимаешь, что не нужно было возвращаться, что ты умер, а я постаралась забыть и тебя, и ту боль, которую ты мне причинил, и то унижение, которое причинило мне твое начальство.

Я понимал, что в Марине говорит боль. Она бросала оскорбительные, жестокие слова, будто стараясь компенсировать тот кошмар, который ей пришлось пережить. Я дал ей возможность выплеснуть боль наружу.

– Ты умер, – повторила она. – Я счастлива, у меня есть муж, который не пропадает неизвестно где целыми месяцами, годами, который проводит ночи дома и который любит мою дочь.

– Но ведь это и моя дочь, – сказал я. Марина опустила голову и тихо произнесла:

– Забудь об этом, пожалуйста.

– Как это?

– Ради ее же блага. Ей будет спокойнее жить. Она привыкла к Игорю, моему мужу, и всегда будет думать, что он ее настоящий отец.

Марина не понимала, как жестоко наказывала меня. Но разве я был виноват в случившемся? Разве я по собственной воле оставил ее? Разве я сам внес себя в список мертвых?

– Зачем ты вернулся? – спросила Марина, поднимая голову и глядя мне прямо в глаза.

– Я приехал к себе домой, к своей жене и дочери.

– У тебя нет ни дома, ни жены, ни дочери, – категорически сказала Марина.

Как ни абсурдно это звучало, я не стал спорить с женщиной, которая действительно отказалась от меня и уже позабыла. Сейчас для меня это было очевидно.

– Мы можем оформить наш развод, – быстро добавила Марина.

– Зачем? Разве в этом загвоздка?

– Я знаю, что ты поймешь меня, ведь ты добрый человек. Ты ведь не хочешь, чтобы мне и Настеньке было плохо?

Я отвернулся от нее. Моя душа плакала. Не сломленный в плену, сейчас я испытывал полное моральное бессилие. Так плохо мне еще никогда не было.

– Поначалу я все еще верила, что ты жив, не находила себе места, страдала, надеялась… Но потом появился Игорь, он помог мне забыть горе, и Настенька привязалась у нему. Лучшего отца для нее было бы трудно найти.

Она осторожно коснулась моей руки:

– Прости. Я как последняя дрянь разговариваю с тобой.

Я посмотрел на нее и произнес:

– Кто рассказал тебе о моей смерти?

– Полковник Филатов. Он пришел к нам домой в середине апреля, спустя несколько месяцев после твоего отъезда. Он сказал, что ты погиб при исполнении… Обещал помогать, – Марина горько усмехнулась. – Я до сих пор получаю за тебя деньги. Они считают, что этим компенсируют потерю тебя. Я была беременна, – продолжала она, – от переживаний начались преждевременные роды. Настенька родилась через пару дней после известия о твоей смерти… И тут все началось, завертелось в адской мельнице. Сначала меня вызывал к себе твой полковник, расспрашивал, сопоставлял факты. Я узнала, что ты обманул меня, бросил меня и провел последние дни перед отъездом у любовницы. Об этом нетрудно было догадаться, твое поведение сразу казалось мне подозрительным. Господи, я даже обрадовалась