Заснув в вагоне метро после дружеской вечеринки, вы можете оказаться в странном городе, где за медный пятак дают банку черной икры. Вы можете неплохо заработать, а можете получить пулю в лоб – и обязательно чуть повыше бровей, примерно на два сантиметра.
Авторы: Политов Дмитрий Валерьевич, Махров Алексей Михайлович
Коридор этот был самым обыкновенным метрополитеновским коридором. Под ногами квадратные плиты из потертого гранита. Стены облицованы мелкой керамической плиткой бледно-желтого цвета. Такие коридоры-переходы часто встречаются на старых станциях метро. Да и станция, на которую мы вышли через минуту, была в стиле станций конца тридцатых годов. Поезда еще не было, но на платформе стояло несколько человек.
– А тут оживленное движение! – заметил я, кивая на пассажиров.
– Есть несколько постоянных челноков вроде меня, – пояснил Подрывник, сбрасывая рюкзак на пол. – В лицо я их уже знаю, но вот общаться не доводилось. Пару раз пытался с ними заговорить – шарахаются! Ну, и черт с ними! Да иногда попадаются залетные – чаще всего гости столицы, не знающие метро, или крепко поддатые москвичи. Но выпимши практически все – я же говорил, что на сухую прохода не увидишь!
– Не увидишь, или он не открывается? – уточнил я.
– Фиг знает! – Андрюха снял кепку и задумчиво почесал затылок. – Я над такими тонкостями не задумывался!
Из тоннеля послышался нарастающий шум, и вскоре на станцию выскочил поезд. Двери распахнулись, и мы шагнули в пустой вагон. Такие составы еще курсируют по линиям вроде Филевской. Мягкие пухлые диваны, рельефная обшивка стен, поручни сидений S-образные. Мы сели. Подрывник вольготно развалился, пристроив рюкзак под голову.
– Устраивайся поудобнее! – посоветовал друг. – Дорога дальняя!
Двери вагона начали закрываться без всякого предупреждения. В этот момент в вагон вломилось несколько человек. При ближайшем рассмотрении нашими попутчиками оказались четверо молодых парней – по виду азербайджанцы с рынка. Они плюхнулись на свободные места и сразу шумно загомонили на своем языке.
– Ну вот! – с досадой сказал Подрывник. – Поспать не удастся! Через час-полтора они прочухают, что поезд слишком долго едет, и к нам с вопросами приставать начнут! И на х… их не пошлешь – нам вместе до утра ехать! Не дай Бог, в драку полезут!
– А чего – уже бывали прецеденты? – заинтересовался я. Безнаказанно обидеть Подрывника никому не удавалось.
– Было несколько случаев, – неохотно ответил Андрюха. – Люди разные попадаются! А путь неблизкий! Иной раз водки с новым знакомым выпьешь, а в другой раз морды бить приходится!
– Слушай, Андрюха! – мне в голову пришла новая мысль, – если постоянных челноков всего несколько, а случайных попутчиков хватает, то получается, не каждый просекает про ваш бизнес?
– Просекает может и каждый, у кого мозга есть, – совсем угрюмо ответил Андрей. – Вот только вернутся оттуда не каждый может! Ты думаешь, чего Степан там сидит, сам не челночит? Думаешь лень ему? Не может обратно на станцию зайти! И трезвый пробовал и пьяный, и утром и вечером… Не пускают его!
– Кто не пускает? – удивился я. – Администрация?
– Да какая на хрен администрация! – с тоской в голосе сказал Подрывник. – Нет там никакой администрации! Там вообще никого нет, а человек пройти не может! Вот мне удается, да еще нескольким ребятам, а другие там остаются!
– Шутишь, что ли? – обалдел я. – Как это там остаются? Что, кроме этого метро, других дорог в город нет? Ну, шоссе там или железка?
– Нет ничего, – кивнул Подрывник.
– А если через поля пехом до Москвы? Ну или через леса? – не унимался я. – Здесь же не тайга, а Подмосковье! Дачные поселки, деревни и городки через каждые три-четыре километра!
– А в какую сторону идти? – огорошил меня Андрей.
– Так, блин, по компасу, по солнцу, по звездам! – хихикнул я. – Неужто не сообразил бы никто?
– Не один ты такой умный! – в свою очередь усмехнулся Подрывник. – Стрелка компаса там крутится, словно в магнитную бурю. Солнца там нет, а на звезды, даже если они там есть, я смотреть не собираюсь – на ночь я там не оставался и оставаться не буду!
– Мать твою, Андрюха, что же это за городок? – вконец обалдел я. – Ну, компас… ладно, такое возможно, допускаю. Аномалия какая-нибудь или типа того. Но солнце! Ты серьезно про солнце сказал?
– Серьезней некуда! – огрызнулся Подрывник. – Днем там всегда светло, как в Питере белой ночью. А ночью, по словам Степана, словно кто-то выключатель поворачивает. Чик! И темнота!
– Сдается мне, что это не обычный «почтовый ящик»! – присвистнул я.
Другу я поверил сразу, у него никогда не было страсти к дурацким розыгрышам.
Разговор прервался. Мне нужно было время, чтобы осмыслить сказанное Подрывником. Азеры в другом конце вагона вскоре затихли и, кажется, заснули.
– Обошлось без неудобных вопросов, – шепнул Андрюха, поерзал, устраиваясь поудобнее и тоже заснул. А я все сидел, пытаясь представить себе странный город,
