Прежде чем отправиться в гости, хорошенько подумайте: а ждут ли вас хозяева за сутки до намеченного срока? И в любом случае постарайтесь приобрести подарок заблаговременно. Ирина с Натальей поступили вопреки этим рекомендациям, и роковые последствия не заставили себя ждать.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
мысль была о технической неисправности машины. Второй – что эта техническая неисправность, в принципе, позволяла Геночке летать на ней, куда его полуслепые глаза глядят – почти в никуда. И только третья оказалась разумной – впереди на дороге что-то случилось. Как назло, дрели под ногами не было. Экстренно затормозила, где пришлось.
– Эй! Кто-нибудь! Вытащите меня из преисподней, – внятно и уже своим голосом попросила Тоник.
– Пока здесь никого нет! – отрезала Наташка. – И тебе там безопаснее. Заткнись и временно забудь про радости жизни. Ир, кажется, у нас ЧП. «Рено» не подает признаков наличия в нем жизни. Может, нам с тобой их подать? Сдам назад, и дунем обратно… Блин! Не дунем. Вроде бы Сережа собирается то ли выйти, то ли вывалится из машины. О! И Геннадий Львович задом вылезает. А я уж, грешным делом, о тебе, как о снайпере подумала. Случайный выстрел дрелью с глушителем. Слушай, куда это они отправились?
– Наверное, на дороге что-то или кто-то валяется.
– Ну и пусть себе валяется. Не все же подбирать… Мама дорогая, неужели тетину шляпку так далеко занесло? И как они в темноте ее разглядели? Может, вылезти? Или здесь подождем новостей с переднего края?
– Здесь подождем, – ответила я и вылезла из машины.
– Правильно, – согласилась подруга и вылезла следом.
– Свежо, однако. Наверное, не стоит топтаться на месте. Пойдем вперед, на ходу теплее. Только Тоника морально поддержим.
Наташка заглянула в открытое окно задней двери и, кривя душой, отметила на редкость удачное расположение Антонины.
– Не спишь?
В ответ Тоник зачертыхалась.
– Это хорошо, что не спишь. Лежи тут в засаде, пока мы на разведку сбегаем. Потом сменишь позицию.
Впереди высвечивали что-то лучи двух фонариков. Причем метались по странной траектории, как НЛО. Мы с Наташкой сделали пару шагов в их направлении, и вдруг подруга встала как вкопанная:
– Ирка, а на фига ж нам гулять по дороге, как каким-то путанам? Возвращаемся в машину. Сейчас объедем эту моторизованную кучу и покажем нашим ребяткам всю интересующую их картину на дороге с помощью фар. Ползают там с фонариками. Самим на картину смотреть не обязательно. Боюсь, ничего хорошего не увидим.
Вернулись мы к машине очень кстати. Изловчившись, Тоник открыла дверь и уже собиралась головой проложить себе путь к более удобным по ее разумению условиям на обочине. Перспектива «задубеть» ее нисколько не пугала. Пришлось пойти навстречу ее стремлению к комфорту. То, что сломанная голень снова высунулась в окно, дизайнершу не волновало. Заняв почти прежнее остроугольное положение, Тоник удовлетворенно всхлипнула: «Гама-ак», от души пожелала нам спокойной ночи, напомнила, чтобы не забыли выключить свет, и опять уснула.
Мы тронулись с места как раз в тот момент, когда передовики заезда, светя фонариками себе под ноги, возвращались обратно. Сергей Юрьевич, как заведенный, давал руками отмашку, пока мы не остановились. А подойдя вплотную и наклонившись к окну, задушевно поведал:
– Не стоит вам смотреть на аварию. Страшное зрелище. Надо сообщить в милицию. «Скорая» здесь уже не нужна.
Как-то не так он выдал нам это трагическое, по сути, известие. С примесью плохо сдерживаемого спокойствия и удовлетворения, что ли…
– К-кто?! – споткнулась на вопросе Наташка.
– С-сколько?! – Я тоже споткнулась следом.
– Да нисколько, – пробормотала Тоник. – Возьми все и подавись.
– Спа-асибо, – машинально поблагодарила я. – Мне чужого не надо.
Сергей по-прежнему стоял в согбенном положении, опираясь одной рукой на дверцу, и поджидал отставшего Геночку. Последнего героя с его мужественными причитаниями было слышно издалека.
– Враги повержены, мы победили, – печально выдала я. – Прощай, оружие!
Попытка вытащить из-под сиденья дрель не удалась.
– Здравствуй, «дерево»! – развернулась ко мне Наташка. – Кто тебе дал право обдирать заживо мое машинное кресло?
– Заживет как на собаке! – огрызнулась я. – Сергей, так сколько народу полегло?
– В джипе – двое оставшихся из четверки приближенных к Власту. Первого, как вам известно, пристрелили в кафе, труп второго мы видели в кустах на озере. В общем, все четверо, что во главе с Властом составляли костяк общины. Именно им Власт демонстрировал мельком мою татуировку и просил «любить и жаловать» до смерти. В смысле, глаз с меня не спускать, пока с живого шкуру не спустят.
– Ну да… – в смятении согласилась я. – Содрали бы шкуру, было бы не на что смотреть.
– Теперь можно сказать с убийцами из секты покончено. А в другой машине, вернее, рядом с ней – друг детства Пашка. – Голос Сергея неожиданно задрожал,
