Прежде чем отправиться в гости, хорошенько подумайте: а ждут ли вас хозяева за сутки до намеченного срока? И в любом случае постарайтесь приобрести подарок заблаговременно. Ирина с Натальей поступили вопреки этим рекомендациям, и роковые последствия не заставили себя ждать.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
Внимание! Поворачиваем на знакомую улицу. Теперь не проехать бы низкорослый «особняк» гражданки Кулагиной. Ни одного огонька. Как в преисподней. Тоник, помнишь, где твой «приют спокойствия, трудов и вдохновений?
– Идите к черту…
– Так мы последние дни только среди чертей и торчим. Ир, смотри, как она разговорилась!
Наташка резко затормозила. Мы едва не проехали участок Тоника. Следовавший за нами на безопасном расстоянии «Рено», само собой, без света, предусмотрительно вильнул в сторону. Там и застыл памятником автомобилестроению, растаскиваемому, кому не лень, с целью наживы на металлолом.
Дождь перестал, но вылезать из теплой машины в мокрую траву не хотелось. Решили дождаться Сергея. Все равно по закону половина бытовки его. Пусть идет и открывает. Психиатр вылез из машины вместе с Геночкой. Они сделали несколько шагов по направлению к нам. Дальше начался кошмар…
Чертей было четверо. Не успели мы опомниться, как Сергей Юрьевич с Геннадием Львовичем валялись на той самой мокрой траве, которой мне не хотелось касаться ногами. Главное, никто не орал. Ни черти, ни поверженные. Все вели себя очень прилично. Кроме нас с Наташкой и Тоником. Наташка мигом заблокировала двери. Ни развернуться, ни подать назад она не могла – мешал недобитый «француз». Подруга потребовала немедленно освободить проезд, иначе проутюжит все и всех подряд. В обоснование ссылалась на большой опыт работы с утюгами.
Пока я перебирала нереализованные планы на будущее и готовила к бою дрель, заговорила Тоник. Да так жалобно!
– Все. Финиш. Среди всех этих морд в масках – морды киллеров. Это они хотели увезти меня из больницы. Им нужна Ольга, затем Сергей, а в свободное от их неудачных поисков время – я. Как локатор… Нет, лоцман.
Наташка ее не слушала, продолжала сыпать утюговыми угрозами. Поэтому заткнула Тоника я:
– Молчи, несчастная! По крайней мере спасли твоего Пашу. Он в полуразобранном состоянии здоровья в той самой больнице, из которой мы тебя вытащили. Жаль, тебя загнали в гораздо худшие условия. В больнице ты имела шанс выжить. Паше сейчас вообще не до друзей. Сам борется за выживаемость. Возможно, в реанимации. Бедняга! Прости, мы хотели, как лучше…
В окно с моей стороны постучали. Примерив гордое и независимое выражение лица, добавила немного презрения и, свернув левой рукой фигу, явила все это рвущемуся в машину типу. Дрель была наготове в правой. Сначала я, мягко говоря, обалдела. Потом радостно заверещала: – «Что хотели, то и получили!!!», саданув фигой Наташку в плечо, чтобы привлечь ее внимание к расплющенному на стекле носу рыжего детектива Чернова. С испуга она тоже ответила тычком. Уже не знала, от кого и чем обороняться. Утюги в ее арсенале кончились.
Братание началось сразу, как только выбрались из машины. Тоник, сообразив, что четверка в масках не банда налетчиков, а спасатели, задействовав здоровую ногу, повисла на открытой задней двери и, рыдая, убеждала ее, что ни в чем не виновата. Психиатра и директора сельской школы подняли с земли и отряхнули не сразу. Слишком сильно радовались, вот про них и забыли. Когда оба приняли вертикальное положение, я подумала, что скромность не всегда украшает человека. В данном случае благодаря ей они с головы до ног вывалялись в грязи. Представились бы невинными жертвами, не пострадали бы. С другой стороны, их могли и не выслушать. Ну какие нормальные люди будут красться с выключенными фарами следом за беспечной, не жалеющей света «Шкодой», напичканной беспечными бабами?
Откуда нарисовался пятый член бригады рыжего детектива, я не поняла. Когда его заметила, он уже стоял вместе со всеми. Зато стало ясно, что бытовка Тоника пуста. Я очень старалась говорить разумно и убедительно, уверяя Чернова, что занесло нас сюда среди ночи исключительно ради поиска и спасения сестры психиатра, которым является человек с прилипшим ко лбу ошметком грязи. У Геночки к тому времени аналогичный ошметок отпал. Как только найдем Лолиту, так все и поведаю. Как на духу. Упрямый Чернов пытался предложить мне поискать женщину в других местах, – например, в Испании. Никак не мог понять, что бедняжке с таким именем делать в таком жутком месте. Выхода не было. Я выразительно посмотрела на психиатра. Он вздрогнул, ошметок грязи шлепнулся на землю. Этот факт прибавил его чумазому лбу благородства.
– Она знала место нахождения документов, – промямлил он, не глядя на меня. – Возможно, я ошибся и не учел всех заинтересованных в моей смерти лиц. Кто-то хитростью или насильно воспользовался знаниями сестры, а ее…
Лицо у Чернова вытянулось до предела. Он пытался хоть что-то понять, но не мог. Не успел даже выругаться,
