Крылатая смерть

из ряда вон выходящего. Все сугубо в рамках законов природы.
«Ну-ну», — подумал Сеня, поочередно вспоминая то туман, то белое помещение для дезинфекции, казавшееся бесконечным как вселенная, то летающий светящийся шар.
Но примеру Смотрителя все же последовал.
Оба подошли к одному из окон, и старик облокотился на подоконник. Сеня же едва выглянул наружу… и еле удержался, чтобы не отпрянуть. Пришлось устыдить себя мысленно — что он, в сам-то деле, как девчонка, крысу увидевшая, или мокрая курица! Злых духов, прикормленных главарем аванонга, не испугался, безобразных монстров Масдулаги не испугался. А на банальное, в общем-то, явление смотреть, видите ли, не может.
Хотя… зависит от того, под каким углом разглядывать эту банальность. И откуда.
Под окном примерно на десяток метров вниз уходила стена Бовенгронда — из серого щербатого камня. А ниже… оправдывая свое название, Замок-Над-Миром просто парил в воздухе! Да на немалой высоте еще. Белые крапинки облаков и серые пятна туч маячили далеко внизу. Еще ниже проплывали темные очертания островов и материков на синем фоне океанских вод. Но не они более всего привлекли Сенино внимание. А удивительное, по-своему красивое, хоть и впрямь не отличающееся необычностью действо. Действо, способное вызвать у какого-нибудь астронома, например, приступ прямо-таки детского восторга.
Странная гонка происходила на поверхности мира, над которым проплывал Бовенгронд. Темнота стремительно и неуклонно отступала перед полосой света, открывавшей взорам Сени и Смотрителя все новые уголки мира. Острова; море, похожее на огромное зеркало, горные хребты. Точно какой-нибудь коммивояжер демонстрировал потенциальному покупателю свои товары — один за другим.
Но приходил черед — и уже свет пятился, отступая перед наползающей темнотой.
Несколько минут Сеня и Смотритель просто стояли у окна, любуясь нескончаемой игрой в догонялки, что вели между собой день и ночь.
— И, конечно же, я не всемогущ, — затем взял слово старик, предлагая вновь вернуться к прерванному разговору, — во-первых, это следует из самого факта моей смертности… печального факта, согласен. Ну а, во-вторых, будь я и вправду всемогущ — думаю, справился бы сам. А не скучал бы тут в ожидании.
— Туман, — проговорил Сеня, тоже отвлекаясь от окна, — туман, перенесший меня сперва… к дикарям хелема, а потом и сюда. Это вы его вызвали?
— Скорее, системы и устройства, составляющие это место… если можно так выразиться, — было ему ответом, — некоторые из них до сих пор работают. Хотя чего уж там — некоторые. Многие. Но сработали они в данном случае… да. По моей указке.
— Вы здесь один? — затем спросил Сеня, и Смотритель усмехнулся.
— Тревожитесь о том, как живется одинокому старику в этой летающей каменной глыбе? — проговорил он в ответ с заметной иронией в голове, — я угадал? Именно так вы представляете себе ситуацию?
Сеня смущенно кивнул, а Смотритель продолжил:
— Так вот. К чести создателей Замка-Над-Миром, строить в их времена умели. И не только строить, я скажу. Обустраивать быт тоже. Сам Бовенгронд… его системы жизнеобеспечения не дают мне ни помереть от голоду, ни запаршиветь, точно нищий бродяга, ни отдать концы от какой-нибудь болезни. Ни, наконец, превратиться в дряхлую развалину под грузом прожитых лет. И я скажу даже больше, возможности Замка рассчитаны не на одного человека. Далеко не на одного. Целая толпа может здесь поселиться, не зная нужды. Так что единственный недостаток моего положения — скука. И общаться на целые столетия бывает не с кем, и покинуть эти стены я не могу.
Сеня снова кивнул: понимаю, мол.
— Но… как понимаю, не мое одиночество интересует вас в первую очередь, — молвил затем Смотритель.
— Да, — его собеседник вздохнул, — то есть, нет… не одиночество. Скорее, причина. Почему я здесь? Зачем вам понадобился?
— Все просто, — старик добродушно улыбнулся, — как я уже говорил, мой главный бич — скука. А от скуки… точнее, борясь с нею, я начинаю занимать голову проблемами, не касающимися меня лично. Во всяком случае, непосредственно.
С этими словами он снова повернулся к панораме, открывавшейся из окна. Секунду спустя присоединился к Смотрителю и Сеня.
— Этому миру в некотором смысле повезло, — начал Смотритель, указывая рукой на проплывавшие внизу облака, моря и сушу, — он, мало того, что богат природными ресурсами — от минеральных до биологических. Вдобавок, разумная жизнь здесь зародилась в умеренном поясе, а не в тропиках. Ну, просто потому, что в тропических и субтропических широтах здесь нет крупных массивов суши. В противном случае теплый климат вкупе с изобилием пищи сильно