Сталинград. Осень 1942 года… Младший лейтенант Виктор Туровцев сбил в воздушном бою немецкий истребитель, но и сам не уберегся. Его самолет умудрился поджечь второй немец. К счастью, Туровцев сумел выпрыгнуть с парашютом и сравнительно легко отделался. И даже был награжден орденом Красного Знамени. А в качестве трофея достался младшему лейтенанту «Вальтер», когда-то принадлежавший фашистскому асу фон Леевитцу… И все бы ничего, если бы не одна заковыка. В теле летчика-героя «поселилась» личность совсем другого человека, нашего современника, который еще недавно был баронетом Онто ля Реганом, одним из лучших рыцарей на планете Мать…
Авторы: Языков Олег Викторович
и бомбардировщиков быть готовым с 6:00, а остальным в тридцатиминутной готовности к выполнению боевого приказа № 004* – особым распоряжением».
В общем, чувствовалось, ситуация, что говорится, «на сносях». И не успело рассвести – как все и началось!
Так вот, согласно уже упомянутому мной приказу № 004* штабы истребительных частей должны были обеспечить с первых часов сражения непрерывное патрулирование не менее 30 истребителей над нашими войсками, чтобы воспрепятствовать немцам в их попытках проломить дорогу своим танковым клиньям бомбоштурмовыми ударами.
Про нашу группу было сказано мягко и обтекаемо: «Отдельной АУГ
«Молния» в случае начала масштабных боевых действий перейти к выполнению ранее разработанного и согласованного со штабом воздушной армии плана». И все. Кратко и понятно. Как и принято в армии.
Ну, перейти к выполнению, так перейти… Тем более что «Узел» работоспособен, в штольнях больших оврагов заложено необходимое на 15–20 дней непрерывных боев количество ГСМ и боекомплекта к оружию. Нам был выделен и уже занял свои позиции отдельный зенитный артиллерийский дивизион. Так что – милости просим, камрады! Ваш танец – белый! Дамы приглашают кавалеров.
В 05.40 подполковник Степанов, злой как черт, временно переведенный из любимой кочегарки на помощь садовнику в райские кущи, почему – и сами можете догадаться! Не пустил я его в первый вылет. Грудью встал, но не пустил… Темновато еще – а он и так все видит лишь в черно-белом варианте. Может просто не заметить атакующий его самолет… Так вот, злой как черт Степанов, зачитал боевой приказ перед куцым строем летчиков АУГ «Молния» (как звучит-то! АУГ «Молния»!), и предоставил слово мне.
Радостный и довольный в предвкушении хорошей драки, я настроился мыслить позитивно и пригласил к этому же и вверенных моим заботам летчиков.
— Слушать меня и не дышать! Поздравляю вас, товарищи истребители, с началом боевой работы! Все, что было до сего дня – забыть, плюнуть и растереть! Сегодня нам предстоит делать то, к чему мы так долго готовились – сегодня мы начнем обкатывать наши машины по головам фашистов! Мы будем снимать пенки, пилоты! Будем искать и бить противника, используя все возможности нашей новой техники и оружия. Беречь истребители, как зеницу ока! Внимательно смотреть друг за другом, не допускать даже малейшей угрозы со стороны фашистов! Лучше мы не собьем один лишний фрицевский самолет, чем потеряем один свой, это понятно? Ведомые, все ясно? Вот так-то. Постоянно крутить головой. Постоянно быть готовым подать команду другой паре. На аэродроме остается лишь дежурная пара. В бой вылетаем в составе трех звеньев. Я иду с тем звеном, которое выделяет дежурных… По самолетам!
— Товарищ подполковник, Иван Артемович, да не хмурьтесь вы! Вы же знаете, чувствуете, что я прав… Проследите, пожалуйста, чтобы наш переводчик сел за рацию и шарил по немецким частотам. Чую я, что он нам много что сможет подсказать! Ну – до встречи! Я побежал!
— Давай, выпускай их! — крикнул я на бегу руководителю полетов. Начался наш особый взлет – одновременный взлет звеньями прямо из-под деревьев трех рощиц, маскирующих наши самолеты. Руководитель полетов поднял руку с микрофоном к губам и истребители с необходимыми интервалами запылили по ВПП. Мы с Васей из-за меня поднялись в воздух последними.
Взлетевшие раньше нас звенья и пара Феди Невского воспитанно ожидали своего зама по боевой работе, набирая над аэродромом высоту.
Мы с Василием, признаюсь, несколько «газанули», чтобы сократить свое отставание по скорости и по высоте.
— Князь, пристраивайся, продолжаем набор. — Это, как вы поняли, Невскому.
— Всем – идем эшелонами, как обговаривали. Кир – ты на четырех. Пошли.
И пошли – трехуровневой этажеркой. Звено Извольского на четырех тысячах метров, наше звено на тысячу ниже. Ниже нас на пятьсот – звено Саши Кузьмичева. У него в звене два истребителя с 37-мм пушками. А сейчас, думаю, немецкие бомбардировщики особо на высоту не полезут – темно еще на земле, плохо видно. Впрочем – будем посмотреть.
— Дед, курсом 240 – групповая цель. Высота около трех. — Это данные с локатора. Пошли курсом на групповую цель. Наверняка, там будет, чем поживиться.
— Кузьма, поднимись на пятьсот. Кир, на два часа еще какая-то группа. Пробеги, проверь – кто там?
Мы со звеном Кузьмичева поднялись до трех пятисот. Кир, вильнув в сторону замеченных мной самолетов, удостоверился и доложил, что это свои. «Лавочки» из полка соседей. Уже хорошо! Вместе нас уже 20 истребителей! Это, я вам
