Крылья Тура

контрразведчиком меня связали. Я ему навешал лапши на уши и вытребовал срочно сюда, в расположение ремроты. Дескать – все на месте и объясню. А пока я стал раздавать команды старлею.
— Меня Виктор зовут, а тебя как? Ильдар? Вот что, Ильдар… Как бы тебе сказать-то попроще… В общем – мы испытываем на фронте новую технику. Один летчик был сбит и прыгнул там, за линией фронта. Мне надо туда, в общем… Выручать его. Нет, ваш бригадный разведвзвод мне не поможет, а вот помешать сможет вполне. Мне что от тебя надо, Ильдар? Маскхалаты, ну комбинезоны камуфляжные, как у разведчиков, у тебя есть? Вот здорово! Вот ты хомяк, старлей! Ну – не обижайся, это я от восторга, честное слово. Дай мне один поносить, жив буду – верну. Теперь вот, что… Прикажи своим мужикам из прутка миллиметров в восемь нарезать такие вот «карандаши», миллиметров 200–250 длиной. И заточить их с обоих концов поострее. Сколько? А давай штук тридцать. И в сумку из-под противогаза сложите. Сумку-то найдешь? Вот и хорошо. «Лимонки» у вас есть? Туда же, в сумку, насыпьте с десяток, хорошо? Вот, пожалуй, и все. Да! Пару индпакетов положите, да сухарей немного, флягу с водой.
Вот посмотрим, какой ты гостеприимный хозяин, Ильдар…
Тут снаружи палатки послышался рев мотора, потом громкий разговор, полог откинулся и быстрым, начальственным шагом, в палатку заскочил моложавый майор с седыми висками и грудью, украшенной орденами. Боевой в бригаде смершевец, однако!
— Ну, что тут у вас, Нурмухамедов? — резко спросил майор, старательно не глядя на меня. Ага, знаем мы эти игры.
— Товарищ старший лейтенант! Оставьте нас с товарищем майором. Давай, Ильдар, делай, что я попросил – времени совсем нет!
— Слушаюсь! — козырнул старлей и исчез. У майора сам по себе в звуке «О» или «Во, млять!» раскрылся рот.
— Товарищ майор! Прошу вас ознакомиться! Отставить – из моих рук, читайте, читайте внимательнее… И на подпись-то взгляните. После войны хвастаться будете…
Я уже несколько раз говорил, что всем попаданцам надо брать пример с первопроходимца – с Ильи Лисова. Прикинув, какой у него мог бы быть мандат, я протянул майору пустой бланк послеполетного отчета, который я нашарил в кармане своего комбинезона. Поймав его взгляд, я просто представил, какой текст майор мог бы прочитать над простой и лаконичной подписью красным карандашом – И.Сталин… И майор этот текст и увидел. А что тут удивительного? Как известно: «Мысль, овладевшая массами, становится материальной силой». Так, что ли, сказал классик?
Майора пробило в пот. Я представляю… Но – надо его быстренько дожимать, времени совсем нет.
— Убедились, товарищ майор? Не надо беспокоиться – к вам нет никаких претензий. Наоборот – благодарю вас и ваших боевых друзей за помощь в сложной ситуации. Поясняю – за линией фронта наш человек, здесь близко… Дайте карту – вот здесь, в районе этих прудов. Хорошо – озер, не суть важно. Я вас попрошу. Сейчас я уйду за своим человеком, ночью мы вернемся… Нет, сопровождающих не надо. Нет, я сказал – нет, майор!
Майор! Вы что, охренели? Какой «переход к врагу»? Вы мой истребитель видели? Так я только что со стороны «врага» и прилетел, ясно? А сейчас я туда проползу на пузе, секретный истребитель я туда не поведу, это хоть ясно? Вот и хорошо… Вас же я попрошу сделать следующее…
В общем, мы с майором договорились. Правда, этот страшно подозрительный человек (и как таких только в контрразведке держат – не понимаю!) стребовал с меня письменный приказ. Пожалуйста! Мне жалко, что ли? Будет, что потом в школьный музей передать. В раздел – «Наши выпускники – герои сражения на Курской дуге», во как!
Итак – мой самолет укутают и возьмут под охрану. Ночью к точке, куда я указал, майор пригонит бронетранспортер – я что, дурак, ночью до ремроты пешкодралом переть? Да еще с Васюшкой на ручках? К нашему возвращению майор свяжется с группой «Молния» и на утро попросит пригнать У-2 с техником и бензином для моего «Яка». Василия тоже как-нибудь и куда-нибудь упихаем. Да, по завершению операции… черт, как бы ее назвать? «Дед Мазай и зайцы»? В общем – по завершению операции нас в ремроте ждет помывка в бане и ужин. Все? Все! Да – к ужину сто грамм! Теперь – все! Нет, не все! Со всех, с кем я контачил, отобрать подписки о неразглашении. Дурь, конечно, но процедура есть процедура. Корень – дура. Теперь все? Все! Держи мой планшет и документы, майор. Пошли переодеваться и вооружаться!

Это много времени не заняло. Пятнистый комбинезон разведчика я надел прямо на трусы. Форму я снял. Ничего, не замерзну – ночью будем уже дома. Стальные стерженьки сделали, как надо. На вопрос – а зачем вам они, — я молча кинул пару в дерево метров на десять. Иглы стукнули, и все вопросы