Сталинград. Осень 1942 года… Младший лейтенант Виктор Туровцев сбил в воздушном бою немецкий истребитель, но и сам не уберегся. Его самолет умудрился поджечь второй немец. К счастью, Туровцев сумел выпрыгнуть с парашютом и сравнительно легко отделался. И даже был награжден орденом Красного Знамени. А в качестве трофея достался младшему лейтенанту «Вальтер», когда-то принадлежавший фашистскому асу фон Леевитцу… И все бы ничего, если бы не одна заковыка. В теле летчика-героя «поселилась» личность совсем другого человека, нашего современника, который еще недавно был баронетом Онто ля Реганом, одним из лучших рыцарей на планете Мать…
Авторы: Языков Олег Викторович
бои под Сталинградом шли еще до февраля 1943 года.
В общем – мы свинтили на левый фланг Южного фронта. А там свои заморочки. Несколько полков пришлось снять с первой линии – пригнали ленд-лизовские самолеты из Ирана, надо было их получать и переучивать летчиков на новую технику. Вообще, здесь, на юге, что только не летало! Я и «Спитфайры» видел, и «Томагавки», и «Кобры»…
Кстати, спиты и Р-40 не прижились как-то, не полюбились они нашим летчикам, и их быстренько убрали с фронта. А вот «Кобры», можно сказать, прижились… Нет, особого восторга они не вызывали. Бортовое оружие, правда, очень мощное. Это всем нравилось – дашь одним 37-мм фугасным снарядом – и любой бомбардировщик, считай, сбит! Дашь бронебойным – и мотор «FW-190» в клочья! Но как истребитель «Кобра» очень, как бы это сказать повежливее… очень специфичная машина. Сами американцы ее считали не истребителем, а чем-то вроде штурмовика, охотно передали ее СССР, а сами на них почти и не летали. Обратите внимание – «Мустанги», например, янкесы так нам и не дали. Чтобы на «Кобре» летать – нужно определенный склад характера выработать, и определенную тактику боя. Исключающую, например, высокие перегрузки и резкие маневры. Потом, когда я познакомился с Сашей Покрышкиным и его ребятами, они частенько сетовали на свою судьбу, связавшую их с «Коброй», и завидовали другим полкам, которые летали на Яках и на Лавочках… Но это так, к слову… А в общем – самолет был вполне на уровне. Особенно – оружие и рация. Тут дело несколько в ином – наши самолеты более быстро и качественно обновлялись, и каждая новая модель была все лучше и лучше. К примеру, оцените такую вот лестницу: Ла-5 – Ла-5Ф – Ла-5ФН – Ла-7, за ним – трехпушечный Ла-7. Или возьмите Яки: Як-1 – Як-1б – Як-9 с его модификациями и, наконец, – Як-3. Что уж тут говорить. А каждая новая «Кобра» становилась все тяжелее и тяжелее, теряла энерговооруженность и маневр.
В общем, я несколько отвлекся. Растекся, так сказать, мыслью по древу. Вопрос-то для меня не праздный, интересный, что и говорить. Итак! Вернемся из эмпиреев на грешную землю – несколько истребительных полков поехало за новой американской техникой, а нашу дивизию передали в 4-ю воздушную армию, взаимообразно, так сказать… Временно и на короткий срок. Ну, да, а как же! Знаем, знаем – нет ничего более долгого и постоянного, чем этот самый «короткий срок». Как в моем времени сказал один по-житейски мудрый, но не очень образованный посол: «Хотели как лучше, а получилось – как всегда!»
Но в этом решении были, надо сказать, и свои плюсы – мы получили хорошо подготовленную и обжитую базу, что всегда приятно, и аэродром с твердым покрытием, что вообще, в условиях приближающейся весны, просто мечта летчика! А еще – нас побаловала погода. Точнее – ее полное отсутствие. Данная нам таким образом передышка была использована самым эффективным и действенным образом.
Выглядело это так. Пока темная сила, другой наземный персонал и мои заместители превращали выделенные нам барак и землянки в подобие трехзвездочных отелей (сортир и джакузи на свежем воздухе!), отлаживали быт и занимались профилактикой и обслуживанием техники, летчики, в составе звеньев, овладевали наукой побеждать. Делалось это простым и доступным методом – «пешим по-летному», и вызывало сначала бесконечные смешки и приколы. Сначала…
Сначала и мои воздушные бойцы, если и не посмеивались, то явно думали – чудит комэск. По глазам было видно. Когда я раздал всем летчикам вырезанные из дерева модельки истребителей, а себе взял два маленьких «Мессершмитта», так же изготовленных в наших мастерских, и предложил эскадрилье полетать.
Наш картограф и художник Толя Рощин по моей отмашке появился перед строем летчиков и дал необходимые пояснения. Затем он отодвинулся и рукой указал на подготовленную им площадку, размером немного поменьше волейбольной. На ней весьма похоже была передана реальная обстановка в зоне нашей ответственности – все возвышенности, море (огромная лужа) и реки, основные дороги. Кучи песка и кирпичи представляли собой населенные пункты. Главным рефери, а так же и боковым судьей я упросил побыть комэска-1 капитана Россохватского. Мужик он был авторитетный и понимающий, у него не слевачишь.
— Итак, эскадрилья! Слушай боевой приказ… — я дал вводную, предполагающую вылет двух звеньев эскадрильи на прикрытие района сосредоточения наших войск. — Модель истребителя на уровне пояса – 2500 метров. Эшелон выше или ниже – прикиньте на глаз. Ветер, солнце, температура – сами видите и чувствуете. Капитан Россохватский – дает вводные, его указания и распоряжения исполнять беспрекословно! Взлет!
Летчики звеньев, неуверенно посмеиваясь, построились за Блондином и Хромовым,
