Крылья Тура

я еще не готов… Мне бы еще с эскадрильей повозиться охота, есть всякие разные задумки. Да и комполка так часто, как хотелось бы, не летает…
— Это ты верно сказал… — загрустил майор Россохватский, — …не летает. Ну, да ладно! Там поглядим! Так что, Виктор? Согласен?
— Кирилл Константиныч, так вы что – меня только «блуждающим комэском» видите?
— Специалистом я тебя вижу, пожарной командой! Вижу, что знания твои, придумки всякие, да и кое-какой накопленный тобой опыт – здорово вторую эскадрилью вперед двинули. И хочу, чтобы все эскадрильи в полку были не хуже! Так или не так, Виктор?
— Та-а-к… — пришлось согласиться мне.
— А раз так, кого на твое место ставить будем?
— А кого тут еще ставить? — удивился я, — Блондина и будем ставить. А на звено – Демыча. Пора ему крылья расправлять – пусть растет как командир!
На том и порешили.
А вечером я прощался с ребятами. Где они раздобыли коньяк – я так и не узнал, да и немного его было. Завтра ведь снова в небо. Да и не спиртное здесь главное… Главное – настроить ребят так, чтобы и без меня дух и традиции, уже сложившиеся в эскадрилье, не пропали и не выветрились. Об этом и говорили долгих три часа до отбоя…

— Товарищ капитан! Личный состав эскадрильи построен! Командир первого звена старший лейтенант Дюсембаев!
— Здравствуйте, товарищи!
— Зрав… жла… тащ… ктан!
— Вольно! Мне тут строевые смотры некогда устраивать, товарищи летчики. Другие дела есть. Пошли в курилку, что ли, поговорим о нашем, о девичьем…
Поговорили. Решили еще потолковать вечером, а сейчас пора лететь на задание – сопровождать Илы.
Быстро, на ходу, обменялись с Костей Дюсембаевым (по-казахски его, конечно, звали не Костя, но он сам представлялся именно так) основными наметками по полету, как строимся, как летим, как воюем, и – на взлет!
Я шел вместе со звеном Кости на «Дедушке», естественно. Хвост прикрывал верный Вася. Удалось мне договориться с одним летчиком из 1-й эскадрильи о его переводе во вторую – старшим летчиком и ведущим пары. И парень рад, и Вася со мной.
Встретили горбатых, встали, как положено, полетели. В этом вылете, в общем-то, ничего особенного и не произошло. Интересной была задача, поставленная перед штурмовиками. Дело в том, что наши засекли один гадский фашистский бронепоезд, который серой змеей подтягивался от Анапы, делал по нашим войскам огневой налет, ставил дымовую завесу и тут же драпал подальше от передовой. Вот его-то и поручили затоптать илюшам. Ан – не тут-то было!
Этот змей бронированный спереди и сзади таскал платформы с зенитками. Да так весело и дружно стрелял из них, что в первом вылете два штурмовика, только-только перелетев линию фронта, сели на брюхо.
Во втором, собственно, было не лучше. Ушел змей бронированный, а еще два подбитых штурмовика еле-еле добрались до своего аэродрома. С этим гадом надо было что-то делать, а то он нам всех горбатых попортит.
Я попросил нашего ПНШ связаться со стрелковой дивизией, чьи боевые порядки громил бронепоезд, и спросить – есть ли какая закономерность в его появлениях на фронте? К вечеру был дан ответ. Точнее – не так. Вечером ответ приехал к нам в полк. Пехотный капитан из разведотдела дивизии горел желанием рассказать про чертов бронепоезд все, что знал и не знал. Поговорили мы с ним душевно и подробно. И кое-что интересное выплыло.
Предположительно стала известна стоянка, где немецкий бронепоезд мог отстаиваться ночью – железнодорожная станция Тоннельная на линии Краснодар-Новороссийск. Не так уж и далеко от линии фронта, добраться можно. Только вот на чем лететь? И чем бить гада ползучего? Я пошел к майору Россохватскому.
— Разрешите, товарищ майор?
— Давай, Виктор, заходи. С чем пришел?
…Проговорили мы с ним часа полтора. Ну, не хотел верить мне майор, что мы с Демычем одними пушками забьем бронепоезд, как серенького козлика. Пришлось сослаться на авторитет такой серьезной организации, как СМЕРШ. Выдернутый к командиру капитан Иванецкий одобрительно на меня поглядел и подтвердил, что у капитана Туровцева такой трюк может и получиться. Комполка в детали не лез, но по его прищуренному правому глазу было ясно видно, что слухи о внучатах его стороной не обошли.
Но понимание начальства полкового – это еще не гарантия от ненужных вопросов со стороны вышестоящего начальства. Поэтому лететь решили так – Демыч на своем Як-1б, а я – на одном из еще не списанных старых Як-1 с рейками для ракет. Кроме того, я договорился в мастерских, и мне быстренько соорудили некий контейнер под бомбодержатели старенького Яка. А в контейнер оружейники осторожно уложили зажигательные капсулы АЖ, выклянченные