Планета Земля пережила катаклизм, и от привычного мира остались лишь осколки. Большая часть человечества погибла в результате применения боевого модифицированного вируса чёрной оспы. Болезнь не делала различия между людьми и никого не делила по цвету кожи, она их попросту убивала.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
события, мы прижались к стволу дуба и задремали. Спустя пару часов нас разбудили, и снова рядом с нами оказался пятигорский сотник:
– Подъём, спецназ.
Открываю глаза – что такое, что за суета, вся поляна забита вооружёнными дружинниками, а нам руки развязывают.
– Что случилось? – только и спросил я местного командира.
– Гена Симаков на сторону противника переметнулся.
– Да ну? – удивился я. – С какой стати? Он хоть и сволочь по жизни, но в Конфедерации фигура влиятельная, и ему это ни к чему. Откуда информация?
– Наш разведчик доложился, что у брода через Этоку Симаковмладший с Алиевым встречался. Горцы беспрепятственно переходят на наш берег и двигаются по дороге на Пятигорск. Некоторые подразделения вашего корпуса идут вместе с ними. Кроме того, из резиденции князя сообщили, что в Иноземцеве идут бои, а сам комкор объявил, что существовал заговор против президента, и сейчас там мятежников уничтожают.
– Кого он виновными объявил?
– Вас, штурмовиков, начальника штаба Рябова и представителей госбезопасности. В общем, кто есть кто, мы уже разобрались, и теперь остаётся только выстоять до подхода Крапивина и войск, которые с ним по основной транспортной магистрали от Минеральных Вод выдвигаются. Нужны сутки, а потому, гвардейцы, получайте своё оружие и решайте сами, куда вы пойдёте, или с нами на Пятигорск, город защищать, или на Иноземцево к своему лагерю.
Разобрав свои стволы и пустые разгрузки, переглянулись, обсудили ситуацию и решили идти за дружинниками, которые должны были обогнать двигающихся по дороге боевиков и закрепиться по левому берегу реки Подкумок. Местный сотник наше решение одобрил, а его бойцы поделились с нами боеприпасами.
Спустя несколько часов, обогнав «индейцев» и перешедших на сторону врага территориалов, мы оказались у моста через Подкумок. Позади нас – бывшая улица Дзержинского, а впереди – большой мост, который должен уцелеть в любом случае. Других транспортных переправ через реку нет, все порушены ещё в Хаос, а нам в скором времени придётся в наступление переходить. Силы наши небольшие, триста дружинников, пара миномётов калибром 82мм, да пяток пулемётов. На подходе ещё около полутысячи ополченцев и княжеская охрана, сотня отличных воинов. Все они идут из нынешнего центра города, из района Бештау. У противника после предательства комкора более двух тысяч солдат и около тридцати пяти 120мм миномётов. Силы явно неравны, но мост держать всё же полегче, чем позицию в чистом поле, и чего действительно стоит опасаться – это вражеских артналётов и обходных манёвров по бродам, наличествующих вверх и вниз по течению.
На мосту уже были укрепления – несколько блиндажей, окопы вдоль развалин и парочка основательных бетонных дотов, в которых стояли пулемёты, не станкачи, правда, а обычные ПКМы, но и они могли остановить любую пехотную массу вражеских войск. По большому счёту мы здесь были не нужны, и на этой позиции остались только полсотни бойцов из местной дружины. Всем остальным защитникам города – задача простая: оборонять берега Подкумка.
Нас определили в группу к одному из местных старожилов. Кроме нас четверых, в ней пятнадцать ополченцев, вооружённых кто чем. Тут тебе и три карабина СКС, и «Тигр» с навешенной на него оптикой, и охотничьи гладкостволы, и один непонятно как доживший до наших дней пулемёт Дегтярёва, который я неоднократно видел в фильмах про Великую Отечественную войну. Закрепились в развалинах, сидим ждём, левее нас, в районе моста, несколько раз вспыхивала ожесточённая перестрелка, чуть позже стали слышны миномётные взрывы, и опять стрельба из нескольких сот стволов. Так дотянули до вечера, смогли передохнуть от всех испытаний, выпавших на нашу долю в минувшие дни, и хорошенько подхарчиться из запасов наших новых товарищей по оружию.
Смеркалось, пару раз на правом берегу мелькали вражеские воины, и одного из них местный охотникследопыт, которого все звали дед Устин, с одного выстрела снял. Это вроде как обозначил противнику, что здесь пути нет и бродить не надо. Горцы намёк поняли и маячить у нас под носом перестали. Уже в сумерках на той стороне замелькало чтото белое, по виду полотенце, а затем появился плотного телосложения солдат в нашем армейском камуфляже, который с поднятыми руками направился к охраняемому нами броду. Приглядевшись, я распознал старшину из Пятой охранной роты территориалов, который приходил в дом Елены Карповой забирать документы и оружие своих непутёвых подчинённых.
– Сейчас я его, падлу эту изменную, сниму. – Рядом со мной стоял дед Устин и уже пристраивал на выбитом из стены камушке свою винтовку.
– Погоди, дедушка, – я остановил его, – похоже, свой
