Планета Земля пережила катаклизм, и от привычного мира остались лишь осколки. Большая часть человечества погибла в результате применения боевого модифицированного вируса чёрной оспы. Болезнь не делала различия между людьми и никого не делила по цвету кожи, она их попросту убивала.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
людям города, а Тенгиз был именно из таких, из уважаемых.
– Тенгиз, дорогой. – Я приблизился к нему и, когда он обернулся на мой радостный вскрик, крепко обнял его за плечи и сделал вид, что нашёптываю ему на ухо какието слова.
Секунд двадцать продолжалось это действо, торгаш опомнился и вырвался из моих рук. Краем глаза я подметил, что шпионы, исправно следующие за мной, всё происходящее засекли, и теперь, как я думаю, к Тенгизу будет особое внимание.
– Саша? – Он в недоумении уставился на меня. – Как ты здесь оказался?
– Проездом, Тенгиз, – ответил я и оглядел помост с товаром. – Гляжу, у тебя всё без изменений? – Кивок на три десятка выстроенных в ряд людей.
– Да, всё попрежнему, – нехотя кивнул не желающий продолжать разговор купец.
– Ну ладно, прощай, Тенгиз.
– И тебе всего хорошего, Саша.
Дело сделано, внимание топтунов немного рассеял и за полтора часа хождений по рынку я посетил не менее двадцати прилавков. Наступил ранний осенний вечер, а значит, пора переходить к основному вопросу, навестить нашего агента, перекинуться с ним парой слов и начинать поиск.
В оружейном квартале всё как всегда – лавки и пара магазинчиков, многие уже закрываются, но у Мурада открыто, и я вхожу внутрь. Здесь пусто, под потолком горят две керосиновые лампы, и в помещении только продавцы, сам дядюшка и его брат. Покупателей и посетителей нет, и это наилучший вариант.
Увидев меня, подполковник, пожилой и крепкий мужик, лицом чемто похожий на хищную птицу, недоуменно приподнял бровь, а я, не теряя времени, перешёл к сути моего задания:
– Здравствуй, дядюшка Мурад, начальство велело найти семью Бурова, так что не обессудь, что к тебе заявился. За мной хвост, два рядовых шпика, но пару минут они возле входа отираться будут, так что давай сразу о деле поговорим.
Стоящий вполоборота старый шпион моргнул, щёлкнул пальцами и обратился к своему брату:
– На выход, посмотри что и как. – Борис направился к двери, а Мурад повернулся ко мне: – Рад, что ты жив и здоров, Саша, и хорошо, что зашёл. Я бы и сам всё, что знаю, по рации передал, но местные контрразведчики радиопеленгатор смастерили, и теперь, чтобы сведения в СБ перекинуть, приходится в район выбираться. Однако сейчас за городом Кара со своими бойцами сидит, а на дорогах блокпосты и усиленные патрули. Просто так, не привлекая внимания, не пройти.
– Так что насчёт Буровых?
– Где дом Ивана Василиади, знаешь?
– Контрабандиста?
– Его самого.
– Да, знаю. Он недалеко от порта в районе разрушенного городского университета живёт.
– Всё правильно.
– И при чём здесь Василиади?
– Семейство Буровых у него. Вместе с ними у контрабандиста два бойца из близких к Каре людей и сам хозяин.
– Понял, благодарю. Это проверенная информация или только догадки?
– Сведения точные. Мы всю вчерашнюю ночь возле дома Кары дежурили и видели, как Василиади женщин с собой уводил. Почти до самого его дома их проводили.
Только мы закончили наш разговор, как в лавку вошёл один из сыскарей, а следом за ним Борис. Надо было попрощаться с Мурадом, и желательно так, чтобы у шпиона подозрений не вызвать. На прилавке лежали распечатанные коробки патронов калибра 7,62 мм, и я недолго думая с силой ударил рядом с ними. Патроны, подпрыгнув, звонко раскатились по полу.
– Что за херня! – разнёсся по магазинчику мой возмущённый крик. – За какуюто паршивую девяносто вторую «беретту» такую цену ломишь, как будто она у тебя из золота сделана! Не буду у тебя ничего покупать!
– Цена как цена! – принимая мою игру, зло огрызнулся Мурад. – Не нравится, вали к себе за море, там и покупай!
– Пошёл ты! – Я направился на выход.
– Сам пошёл! – донеслось мне вслед.
Выйдя на базарную площадь, я напоказ сплюнул на крыльцо оружейной лавки, помянул «жадного старого козла» и вышел в город. С рынка мне надо было направиться налево, в сторону построенных вокруг университета домов, но я двинулся направо, к Старой крепости. Шёл недолго, местность эту я знал неплохо – подходящее для отрыва от топтуна место было совсем рядом. Кстати, он остался один, а второго, наверное, как я и предполагал, отозвали на другой объект.
На город опустилась ночь, и я приблизился к узкому сквозному проулку в трёх кварталах от базара. Нырнув со слабоосвещенной улицы в тёмный проход, я притаился в незаметной снаружи нише и, стараясь не шевелиться, застыл.
Тишина, но почти сразу она нарушается торопливыми шагами. Идёт один человек, он спешит, на секунду замирает, всматривается в темноту, но ничего не видит. Я чувствую его сомнение и неуверенность, он колеблется и думает, а не обойти ли ему это место. Но ближайший
