Планета Земля пережила катаклизм, и от привычного мира остались лишь осколки. Большая часть человечества погибла в результате применения боевого модифицированного вируса чёрной оспы. Болезнь не делала различия между людьми и никого не делила по цвету кожи, она их попросту убивала.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
штурмовать основное войско дикарей. Я хотел последовать за ними, но появился один из моих посыльных. В западной части города группа Игнача столкнулась с нестандартной ситуацией, и им требовался ктото, кто примет ответственное решение. Пришлось топать в совершенно противоположную от лагеря сторону.
Действительно, вопрос возник необычный. Около пятидесяти Внуков Зари забаррикадировались в одном из общинных домов для рабочих, взяли в заложники больше сотни некомбатантов и требовали встречи с кемто из командиров. Ну а чем я не командир? Самый настоящий лейтенант ГБ, так что можно и переговорить с новоявленными террористами.
Светает. Низкое приземистое здание, до Хаоса наверняка ремонтные мастерские, а ныне рабочее общежитие. Окон практически нет. Расположение комнат неизвестно. Где держат заложников – неясно. И сколько точно врагов, определить можно только приблизительно. Штурмовать здание бесполезно, мы – не антитеррор, а разведка. Я стою на небольшой площадке перед выбитой дверью, а позади меня весь мой отряд, стволами автоматов и пулемётов цели выискивает.
– Эй! – кричу в сторону общежития. – Кто тут с командиром переговорить хотел?
– А ты кто? – услышал я глухой и несколько скрипучий голос.
– Тот, кто этой ночью не дал вам город захватить.
– Имя назови.
– А не много ли хочешь?
– Боишься?
– Дурак ты, сатанист. Если бы боялся, то не вышел бы на открытое и простреливаемое место. Выходи, и поговорим.
Створки выбитой двери качнулись, и, осторожно ступая по битому стеклу, ко мне вышел вражеский вожак. Среднего роста, широкоплечий и длиннорукий мужчина с фиолетовыми ромбами на обеих щеках. В руках он держал обоюдоострый топор, а на боку висел обрез карабина. Одет стандартно, в какуюто дублёнку из шкуры и подшитые мехом кожаные штаны, а на ногах чтото вроде сибирских унт. Он пристально посмотрел на меня и сказал:
– Я тебя запомнил.
– Хм, – усмехнулся я ему в ответ, – так и я тебя тоже. Говори, что за горожан хочешь?
– Свободный выход из города. Мы берём с собой половину людей и с ними уйдём. Как только окажемся в безопасном месте, всех отпустим.
– Нет, вариант неприемлем. Я даю слово, что ты и твои воины выйдут из города без препятствий, но заложники освобождаются сразу.
– Ты можешь меня обмануть.
– Как и ты меня. Хочешь, поверь на слово, а нет, пусть всё остается как есть. Мы не местные и, хотя нам жителей жаль, всегда сможем оправдаться тем, что отомстили за них. Так что или принимай условия, или не морочь мне голову. Никакого иного варианта не будет.
Вожак подумал и, приняв решение, громко и членораздельно, печатая каждое слово, произнёс:
– Я, военный вождь клана Фиолетовых Ромбов Ига Косец, говорю: мы отпустим заложников, а взамен получим беспрепятственный выход в лес.
Он посмотрел на меня, и я, подражая его словам, так же громко ответил:
– Я, Александр Мечников, говорю: мы получим заложников и выпустим Внуков Зари из города в лес.
Ига Косец удовлетворённо кивнул, скрылся в здании общежития и начал выпускать гражданских. Спустя десять минут все заложники были в безопасности и появились вражеские воины. Внуки Зари настороженно оглядывали моих бойцов, которые взяли их в плотное кольцо и были готовы по команде открыть огонь. Из строя сектантов снова вышел вожак и, горделиво вскинув подбородок, спросил:
– Ты сдержишь своё слово?
Был соблазн прямо здесь и сейчас уничтожить всех дикарей, но я решил, что клятву надо выполнить, и подтвердил договоренность:
– Да, моё слово твёрдое. Как сказал, так и будет.
Колонна вражеских воинов, всё так же в окружении и под присмотром бойцов моего отряда, двинулась к западным воротам. Проходит двадцать пять минут, последний сектант скрывается в лесу, а отряд возвращается в город и продолжает зачистку.
С рассветом сражение прекратилось само собой, Внуки Зари отступили по всем направлениям, и в здании городской управы, в кабинете погибшего Приходько, собрался военный совет. На нём присутствовали Ерёменко, Астахов, Кара, Брагин, новый градоначальник купец Нестеренко и я. Расположились по кругу, лица у всех невесёлые, вроде и победа, да только потерь слишком много, и поражение было очень близко. И хотя сектанты потеряли более полутора тысяч своих бойцов, но и мы, вместе с гражданскими, не меньше.
Первым высказался Нестеренко, круглолицый лысый толстячок лет около сорока, и разговор он начал с претензии в мой адрес:
– Почему дикарей выпустили? Как так? Их необходимо было уничтожить всех до единого.
– Я слово дал и слово сдержал, – ответил я. – Для меня это значит немало. Опять же, разменять больше сотни ваших
