Планета Земля пережила катаклизм, и от привычного мира остались лишь осколки. Большая часть человечества погибла в результате применения боевого модифицированного вируса чёрной оспы. Болезнь не делала различия между людьми и никого не делила по цвету кожи, она их попросту убивала.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
в сторону. Я спрыгнул с лошади, подошёл к щенкам, лежащим на траве, взглянул в их умные глазёнки, и пришли два послания.
– Я Лихой, – отозвался левый, белый в рыжих подпалинах щенок.
– Я Умный, – вслед за братом откликнулся правый, короткошёрстный и абсолютно чёрный.
– Я Мечник, – в ответ и мне пришлось представиться.
– Мы Младшие и будем тебе во всем помогать, – передал Умный.
– Я Старший и согласен взять вас в свою стаю.
Общение прервалось. Я закинул щенков в торбы изпод овса, которые висели на боках лошади, запрыгнул в седло и дал команду продолжить движение. Мы возвращались домой. Меня и воинов ждали семьи, и впереди было ещё превеликое множество дел.
Через десять минут я посмотрел на Младших. Оба щенка, плавно покачиваясь в торбах, спокойно и безмятежно спали. Тогда я ещё не знал, что буду не раз благодарить судьбу за то, что она послала мне таких товарищей, щенков, ставших через год огромными волкодавами, умными, свирепыми, хитрыми с врагами и открытыми для того, кому поклялись служить. Впрочем, всё это будет потом, и это уже другая история, а в тот день я этого не знал и торопился на запад.
Дунай. Георгиевское гирло. 17.09.2063
Капитана ГБ Астахова я знал уже не первый месяц, и почти всегда он был спокоен и невозмутим. Однако сейчас его было не узнать, поскольку этот широкоплечий мужик с перепачканным чёрной сажей лицом нервно ходил по штурманской рубке десантной баржи «Лейла» и раз за разом повторял одно и то же:
– Опоздали! Как так?! Мать их всех за ногу! Ни черта не понимаю!
– Андрей, успокойся и сядь.
Я расположился в капитанском кресле и в боковой иллюминатор рассматривал городок Нуфару, который вот уже двадцать лет был основной базой румынской Дунайской речной флотилии.
– Да как «успокойся», Мечник?! Столько трудов, и всё зря?! Так всё хорошо начиналось, а результат нулевой!
В чём Астахов был прав, так это в том, что действительно всё начиналось очень даже хорошо. Возвращение моего отряда из Калмыкии совпало с прибытием спецов Астаха, которые были за морем. Три разведывательные группы его бойцов были высажены на румынские берега, и две недели они вели поиск от Сулина до Измаила и от СфынтуГеорге до Тулчи. Информации разведчики добыли много, приволокли нескольких полезных пленников, потерь не понесли и сработали чисто.
Отдыхать нам тогда не дали, и уже на второй день после нашего с Астахом прибытия в столицу в особняке Ерёменко был проведён расширенный совет Отдела дальней разведки при ГБ Кубанской Конфедерации. Присутствовал весь руководящий состав отдела, то есть оба брата Ерёменко, мы с Астаховым и наш куратор Илья Симаков.
Первым доложился я. Расписал свой поход в Калмыкию во всех мелочах и представил самый подробный отчёт, какой только смог написать. Господа офицеры озадачились, почесали затылки, нахмурили свои умные лбы и решили, что для изучения шибко сообразительных собак следует отправить более серьёзную экспедицию, которая будет состоять преимущественно из учёных. В остальном же определились, что этот вопрос и его решение необходимо скинуть на голову самого главного человека в нашем государстве, то есть диктатора. Мы люди военные и несколько приземлённые, и как относиться к новому виду разумных существ, появившихся на планете Земля, должны определять не разведчики и солдаты с купцами, а политики.
Пока есть два быстрорастущих щенка, с именами Лихой и Умный, и сейчас они играются с моим сыном. С виду всё вполне прилично, соображают пёсики хорошо, готовы общаться, и если они будут хотя бы вполовину такими умными, как их папаша, то вариантов по их использованию очень и очень много. Конечно, за щенками, которые вскоре станут здоровенными псами, надо присматривать в оба глаза, мало ли что. Однако я уверен, что всё будет хорошо. Я с ними часто общаюсь и сам не заметил, как моё к ним отношение поменялось. Для меня они уже не просто собаки, а чтото вроде младших братьев и, можно сказать, членов моей семьи. Как и почему так сложилось, определить не могу. Может, это влияние телепатических сеансов, посредством которых они со мной общаются, или нечто другое, но меня подобное положение дел устраивает полностью.
Впрочем, о собаках, точнее, щенках, которые теперь под моей опекой, говорить можно долго, и на том совете мы обсуждали их почти три часа. Наконец данная тема была временно прикрыта, и свой доклад начал Астахов. Раскинув на столе подробную карту устья великой и славной
