Планета Земля пережила катаклизм, и от привычного мира остались лишь осколки. Большая часть человечества погибла в результате применения боевого модифицированного вируса чёрной оспы. Болезнь не делала различия между людьми и никого не делила по цвету кожи, она их попросту убивала.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
– Да вот, – он кивнул на мальчишек, – самосуд по своим законам устроили. Осудили одного из своих товарищей, приговорили его к смерти и привели приговор в исполнение.
– А где труп?
– Милях в пяти за кормой. Эти зверьки его под винты бросили, так что шансов выжить у него не было никаких. Они всё грамотно сделали, и время подгадали так, что на корме никого не было, и если бы не вперёдсмотрящий на БДК, который их движения заметил, то мы ни о чём и не узнали бы.
– Жёстко, – протянул я и обратился к вожаку этой стаи, худому нескладному пареньку лет тринадцати: – Ты старший?
– У нас нет старших, – глядя на меня исподлобья, буркнул паренёк.
– Врёшь, старший есть всегда, и в этой стае это ты. – Он промолчал, а я задал другой вопрос: – За что вы своего кореша приговорили?
– За крысятничество.
– Давай подробней.
– Ваши повара нам еду не каждому в руки выдают, а сразу на десять человек. Один идёт на камбуз и на всех пайку получает. Сегодня очередь Чугуна была, и он одну порцию не донёс. Думали, случайность, а разобрались, нашли его нычку, куда он еду прятал. Дальше всё по понятиям: провинился, значит, ответь.
– И за это вы его за борт?
– Да.
– А вы знали, что своими понятиями вы нарушали правила нашего отряда?
Подростки молчали и попрежнему настороженно оглядывались, ждали для себя беды.
– Знали или нет?! – Мой тон приобрёл угрожающие нотки.
– Знали, – мне ответили сразу несколько человек.
– Вас предупреждали, что за каждый конфликт будет наказана вся стая?
– Да.
– Тогда слушайте моё решение. По всем нашим законам за смерть другого человека вы отвечаете своей жизнью, и за самосуд вы должны отправиться вслед за своим товарищем. – Парнишки поняли, что игры закончились, у пары человек сдали нервы, и ктото, вспомнив о том, что он ребёнок, захныкал, а я оглядел их и продолжил: – Однако лишняя кровь мне не нужна, и потому, как только мы пристанем к берегу, каждый из вас получает нож, сухпай на сутки и идёт на все четыре стороны. Климат здесь благодатный, народ такой же, как и у нас, в меру дикий и суровый, так что всё в ваших руках. Будет желание выжить, продолжите дальше небо коптить, а нет, снова рабами станете. Кум, – я обернулся к офицеру, – под замок их и приставить вооружённую охрану.
– Есть! – Командир БЧ4 напоказ чётко козырнул.
Мне оставалось только кивнуть, изобразить из себя строгого командира и вернуться в свою каюту. Несмотря на то что наш поиск проходил относительно спокойно, дел хватало всегда, и, выбросив из головы проблемы с личным составом, я сосредоточился на документах, которые Крепыш добыл на пароме «Калькутта».
Шифры – это барахло, мы и ранее их захватывали и пользовались ими только ограниченный период времени, так как средиземноморцы, узнав о нападении, сразу же их сменили. Судовые документы – вещь более интересная, поскольку коекакую полезную информацию из них всегда можно почерпнуть, однако она не является особо секретной или чрезвычайно важной. Самое главное – это конечно же запечатанные в толстые конверты письма командующего Черноморской эскадрой адмирала Черри своему другу адмиралу Уотсону. На каждом конверте стоял грозный штамп: «Совершенно секретно. В случае угрозы захвата уничтожить в первую очередь». Почему покойный лейтенанткоммандер Кисус не выполнил инструкцию, я не знаю, да и знать не желаю. Теперь эти два письма у меня. Они переведены на русский язык моим личным переводчиком с английского Тедди Аргайлом, отправлены шифровкой в Конфедерацию, а я, никуда не торопясь, мог разобраться с оригиналами.
Первое послание касалось боевых будней Черноморской экспедиционной эскадры. Никаких особых подробностей, только личные впечатления адмирала Черри относительно Конфедерации, нашей тактики, вооружения и промышленного потенциала. Как и следовало ожидать, ходом всей военной кампании адмирал недоволен: большие потери, кроме небольшого участка в городской черте Туапсе, закрепиться нигде не удалось, наёмники – сволочи, Кипр подкреплений не высылает, и лёгкой прогулки вдоль берегов Чёрного моря у него не получилось. Сплошь жалобы на обстоятельства и никакой достаточно важной информации относительно имеющихся у него под командованием сил и средств. Про планы тоже молчание, и письмо могло представлять интерес только для любителей мемуаров.
Второе письмо, напротив, на мой взгляд, очень интересное и касалось большого осеннего сбора всех адмиралов, генералов и губернаторов Средиземноморского Альянса на Военный совет у Первого лордмаршала. В основе всего письма были полные расклады всех политических сил в Альянсе, а это чрезвычайно важно. Кто и с кем дружил, против кого, зачем, почему,
