Планета Земля пережила катаклизм, и от привычного мира остались лишь осколки. Большая часть человечества погибла в результате применения боевого модифицированного вируса чёрной оспы. Болезнь не делала различия между людьми и никого не делила по цвету кожи, она их попросту убивала.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
уходите?
– Завтра рано утром.
– Помощь ваша нужна. Рядом с Новградом дикари объявились. Засели километрах в десяти от города, в лесу возле реки, и чегото ждут. Надо их сегодня ближе к вечеру окружить и уничтожить, а у меня под рукой только два десятка нормальных бойцов. Ополченцев в лес не пошлёшь, потеряются, а профессионалов не хватит. Непонятное чтото творится. Обычно дикари дальше Тарусы не ходят, всё больше на Москву наседают, а тут вплотную к Новграду пробрались.
– Сколько их?
– Полсотни бойцов и один шаман. Собак нет. Тоже странно.
Мы с Игначом, который так и не успел уйти, переглянулись. Казак нахмурился и, как на ядовитую змею, посмотрел на инкату в своих руках, а я задал коменданту новый вопрос:
– Как дикарей обнаружили?
– В каждом патруле по одному опытному следопыту, который вокруг города каждый кустик знает. Онто их и засёк, проследил, где дикари на днёвку остановились, и смог без шума уйти.
– А точно среди дикарей шаман?
– Да. Худой такой человек с небольшим посохом в руках и ритуальными ножами на перевязи поверх шкуры. Наш следопыт человек опытный, не раз к дикарям за добычей ходил, так что понимает, кто есть кто. – Семнадцатилетний начальник гарнизона, несмотря на годы уже успевший повоевать, но тем не менее не утративший присущего правильно воспитанной молодёжи идеализма, посмотрел мне прямо в глаза и спросил: – Что скажете, командир Мечников? Вы поможете нам? Если за оплату переживаете, то всё решено, вам компенсируют весь расход боеприпасов, а работа будет оплачена по самой высокой ставке.
Парень ждал ответа, и я с ним не промедлил:
– Поможем вам. Насчёт боеприпасов, понятно, от компенсации не откажемся, а оплату не возьмём. В том, что дикари возле города обосновались, есть доля нашей вины. Видимо, они пришли по следам моего отряда и теперь нас караулят, так что это с меня причитается, а не с вас. Как работать будем?
– Ополченцы перекрывают все пути отхода. Я со своими ребятами иду с одной стороны, а вы давите с другой.
– Устраивает, но я ваших следопытов своими людьми усилю. Нормально?
Сумароковмладший кивнул и, сказав, что сбор воинов через два часа возле восточных ворот, умчался собирать своих самых лучших вояк. Игнач, который попрежнему стоял рядом, вопросительно посмотрел на инкату в своих руках, и я принял решение не торопиться с её уничтожением.
– С собой этот пояс возьмём, мало ли как дела пойдут, – сказал я казаку. – Может, эта дрянь нам ещё пригодится. Собирай лесовиков. Через час шестьдесят человек должны быть наготове. Всё делаем стандартно: осмотр, постановка задач по группам, выход в лес с местными проводникамиследопытами, Лихой проведёт разведку, и начинаем работу. Действуем жёстко, одногодвух дикарей и шамана берём в плен, а остальных в расход.
– Понял, – ответил Игнач.
Спустя шесть часов, ближе к вечеру, мы вышли на исходную позицию. На густой дремучий лес неспешно опускались тёплые душные сумерки. Яркие природные краски блёкли, а шатёр из больших ветвей и зелёных листьев над нашими головами наливался глубокой и мягкой серостью.
На мгновение мне показалось, что лес живой, что он насторожился и понимает, для чего мы находимся на звериной тропе возле небольшого заболоченного ручья. За этой узкой водной лентой, петляющей по низине, метрах в ста пятидесяти от нас расположился первый дозор «зверьков», который наблюдал за дорогой, ведущей из Новграда в Москву. За ними на укромной полянке – основные силы дикарей, чуть больше сорока воинов и Кося. Ещё десяток вражеских бойцов днём обошёл город и теперь наблюдал за западными воротами, но этими «зверьками» займутся ополченцы. Ещё час – и наступит ночь, а нашу работу необходимо закончить до неё. Думаю, за отведённое нам время мы уничтожим дикарей.
Надо мной и лучшими воинами отряда, которые готовятся к атаке, громко защёлкала неизвестная птица. С соседнего дерева ей откликнулась ещё одна, а чуть дальше их поддержали сразу две. Лесные пичуги ведут себя тревожно, они обозначают наше местоположение, и дикари могут забеспокоиться. Ко мне подходят лейтенанты, и я шёпотом спрашиваю:
– Готовы?
– Да, – таким же еле слышным шёпотом дружно отвечают командиры отряда.
– Начинаем. Шамана брать живьём. Не забывайте.
Воины поднимаются и мягкими бесшумными шагами, подобно барсам, движутся в сторону противника. По большому поваленному стволу дерева мы пересекаем водную преграду, поднимаемся на другой берег ручья и отлаженными тройками рассыпаемся влево и вправо. Наша состоящая из пятидесяти испытанных воинов цепь обходит дозор «зверьков», которые уже почуяли нас. Воины ускоряют движение, и вместе с Арсеном и Лидой,
