Планета Земля пережила катаклизм, и от привычного мира остались лишь осколки. Большая часть человечества погибла в результате применения боевого модифицированного вируса чёрной оспы. Болезнь не делала различия между людьми и никого не делила по цвету кожи, она их попросту убивала.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
и гранатами Глазу.
– Если что, тебе сгодится, – перед тем как выйти на поляну, сказал я пулемётчику, у которого ни одного патрика не осталось.
Как древние гладиаторы, мы остановились напротив своих набычившихся противников, на мгновение замерли в ожидании сигнала и, по резкому окрику с вражеской стороны, бросились вперёд. Крепыш, который достался мне, расставил перед собой руки и попытался сцапать меня за одежду. Стойка у него борцовская, такой боец если ухватит за шею, то запросто её сломает. За последние месяцы кое в чём я поднаторел и всю нехитрую тактику «беспредела» понимал. Уклонившись от его броска, ничего нового придумывать не стал, а резким ударом с правой пробил ему в висок. От такого удара бывало, что быкидвухлетки в себя не сразу приходили, а для человека, если дикаряпитекантропа так можно назвать, он оказался смертельным.
Противник рухнул в траву, а я бросился на помощь к Филину, которого сразу двое крутили, причём напоказ и, видимо, красуясь перед своим вождём. Дикари прижали сержанта к земле и неспешно давили на него сверху, думается, хотели сержанту хребет переломить. В полуметре от увлекшихся развлечением своего вождя «беспределов», подпрыгнув вверх, с ноги врезал одному в грудь. Он слетел с тела Филина, а я, не удержав равновесия, рухнул на него сверху. Раздумывать было некогда, и я начал молотить его кулаками по лицу. Удар. Удар. Удар. Лицо противника превратилось в кровавую кашу, сколько я его бил, не помню, какоето исступление накрыло. Пришёл в себя оттого, что меня ударили в бок. Перекатился через себя, вскочил и был готов продолжить бой. Однако дело было сделано. На поляне остались я и Ерёменкочетвёртый, ногами добивающий того дикаря, который меня в бочину пнул. Ещё был Филин, но он еле дышал.
Подхватив сержанта под руки, потянул его к своим, передал на попечение санинструктора и рухнул под дерево. Следом за мной подошёл обессиленный капитан Ерёменко и упал рядом.
– Молодца, Мечник, – прохрипел он и, посмотрев на полянку, куда выходили на бой новые пятёрки, добавил: – Гады, борцы фиговы, сразу же моих парней заломали и на Филина набросились. Если бы не ты, то победа за ними осталась бы.
Сил разговаривать не было, перенервничал, и только сейчас меня стало потряхивать. Однако я всё же ответил капитану:
– Нормально, товарищ капитан, и если бы не вы, то и я бы не уцелел, так что мы с вами в расчёте.
Тем временем бои без правил продолжались, вторую схватку наши бойцы тоже выиграли, и очень, как мне показалось, легко, потеряв только одного своего. Третья, наоборот, вышла не в нашу пользу, хоть и уцелел только один из дикарей, всё же победа осталась за ними. Четвёртый бой снова за нами, и вернулись трое наших бойцов. После этого вышла небольшая, минут на десять, заминка, во время которой меня подозвал майор. Рядом с ним сидели его брат, Черепанов, Исмаилага и ещё один из сержантов, Старый, который во второй схватке отличился, уделав сразу двоих вражеских борцов.
– В общем, так, братва, – начал командир роты. – Я вышел на связь с бригадой, и они могут нам помочь вырваться, но надо ещё один бой вытянуть. Если вы чувствуете, что сможете «беспределов» забить, соглашайтесь, если нет, я вновь добровольцев выкликну.
– Как нам бригада поможет, командир? – задал вопрос Старый.
– На всех штабных картах этот сад есть, координаты болееменее точные имеются, и САУ «МстаС» через пятнадцать минут вокруг нашей позиции молотить начнут. Дело к вечеру уже, так что оторвёмся, воины. Устройте показательный и красивый бой, чтоб все эти уродцы засмотрелись, а я в это время всех сюда стягивать буду. Вы валите вражеских бойцов, артиллерия накрывает их позиции, и мы идём напролом.
– Согласен, – раздался голос капитана Ерёменко.
– Пойду, – согласился Черепанов.
– Да, – кивнул Исмаил.
– Сделаем всё красиво, – кивнул Старый.
Мне оставалось только поддержать своих боевых товарищей:
– Готов.
Снова, как и до этого, первыми на поляну вышли «беспределы», в этот раз все разные, не похожие один на другого. Перед этой схваткой снова появился бывший полковник Юсупов и выкрикнул:
– Это последний бой! Сильномогучий Гуум пресытился схваткой.
Отвечать ему никто не стал, вместо этого вышла наша пятёрка. Против меня стоял высокий, около двух метров, худой парень с грязными длинными патлами, свисающими на его узкое, продолговатое лицо. Одет мой противник был, как и большинство кочевников, в толстую воловью шкуру с прорезями для рук и ног. Снова из зарослей раздался окрик вождя, но в этот раз никто не торопится и сближаемся мы осторожно.
Длинный дикарь идёт ровно, руки не выставляет, что от него ожидать, непонятно. До него остаётся
