Планета Земля пережила катаклизм, и от привычного мира остались лишь осколки. Большая часть человечества погибла в результате применения боевого модифицированного вируса чёрной оспы. Болезнь не делала различия между людьми и никого не делила по цвету кожи, она их попросту убивала.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
Думала, что всё, не уйти, а тут ваши, спасли меня, так что с меня причитается.
– Эээх, пичуга! – посмотрев в глаза девчонки, вздохнул я. – Чего с тебя возьмёшь? Сама мала, боец не очень, а родители, если ещё живы, наверняка люди не богатые.
– Зато меня народ знает и уважает. Ты не смотри, что я одета неказисто и из оружия только «калаш». Я писать умею, книги старые читала, а батя мой покойный треть города держал и с двух деревенек неподалеку дань собирал. Многие про это не забыли, и если вам в наших краях будет нужна поддержка, то я могу поспособствовать.
– Ладно, благодарности сейчас – не самое важное. Ты мне вот что скажи. Как думаешь, что у вас здесь дальше будет? Удержат ваши воины город?
Наталья задумалась, всхлипнула, а затем, как мне показалось, несколько наигранно нахмурилась и отрицательно помотала головой:
– Нет, не удержат. Нам бы ещё часов двенадцать в запасе, и подойдёт помощь из лесных деревень. Но времени нет, а христиан больше, вооружены они лучше, и наши предатели им всю схему обороны сдали. На этом берегу много лодок осталось, в ночь туляки к Перемышлю переправятся, так что с утра город падёт, и жителей на костры потянут.
– Неужели сразу на костры?
– Ну да, у них это первым делом, а у нас так вообще случай особый. Мы первые, кто Константиновой власти не покорился и войско его кровью умыл, так что они нас люто ненавидят. Если получится, наши женщины и дети успеют в леса спрятаться, а мужикам одна забота – драться за свои дома до самого конца.
– Хорошо, Наташа. Пока поешь и отдохни.
Девушка встала, молча ушла к одному из маленьких бездымных костерков неподалеку, а ей на смену на всё тот же пенёк посадили туляка.
– Имя, фамилия, звание, должность? – строгим, не терпящим возражений голосом спросил я и тут же добавил: – Молчание и обман будут наказаны.
В своих догадках я оказался прав: туляк действительно был кадровым военным. Он выпрямил спину и ответил:
– Исаак Протасов, десятник 5й сотни Рыцарей Христовых, приписанных к Успенскому собору.
– Что здесь происходит? Почему патриарх своё слово о мире нарушил?
– Готовится Великий Крестовый поход, необходимо обезопасить тылы, а слово, данное еретикам, отлучённым от святой нашей матери церкви, ничего не значит. У нас в Перемышле верные люди были, и, когда святым отцам, пришедшим в городок с посланием патриарха, отказали в помощи, настал черёд воинов.
Вопросы – ответы. Воин Христова войска ничего не скрывает и сохранить какуюлибо военную тайну не пытается. Через полчаса Протасова уводят, а я, оглядев своих офицеров, спросил:
– У кого и какие предложения?
Первым высказался Игнач:
– Смеркается. В ночь надо обойти поле боя и до утра оказаться подальше от этих мест. После этого переправимся на другой берег Оки и продолжим путь.
– Поддерживаю, – вторым был Кум.
– Я не против, – своё слово сказал Крепыш.
На мгновение тишина, и голос Лиды:
– Уходим. Это не наша война. Игнач прав.
Последним своё мнение высказал Серый, перед этим посмотревший назад, на спасённую им девчонку, которая, судя по его поведению, ему приглянулась:
– Согласен, но есть дополнительное предложение.
– Какое? – спросил я.
– Мы уйдём, но перед этим предлагаю по тылам воинов патриарха пройтись. В войну ввязываться не надо, а пошуметь, чегонибудь поджечь и важного языка из высшего комсостава для допроса взять было бы полезно.
– Хочешь армию от Перемышля отвлечь?
– Да. Жалко местных граждан. Намто что? Сделаем всё красиво и уйдём. А местным жителям выигрыш по времени и возможность из лесов помощь получить.
– Нет, Серый.
– Но почему?
– Вопервых, у христиан регулярное войско, а не ополчение, и просто так, если мы совершим лихой налёт, спокойно уйти нам не дадут. Вовторых, ты исходишь в своём предложении из того, что туляки плохие, а люди из Перемышля хорошие. Но это, дружище, не совсем правильно. Ты знаешь, чем живёт местный анклав?
– Нет.
– А я в курсе. В большинстве своём они бандиты и мародёры. Вольные художники, которые пригибают под себя окрестных жителей и собирают с них дань. В своё время отцы и деды горожан не одно селище в радиусе двухсот километров от своего городка дотла за непокорность выжгли. Так что местные люди ничуть не лучше христианских карателей, и здесь нам никто не друг и не враг.
– А как же мирные жители, женщины и дети, которые могут пострадать? – поморщившись, спросил Серый. – Надо помочь им эвакуироваться.
Сообразив, откуда такие мысли в голове лейтенанта, я ухмыльнулся и сказал:
– То, что девчонка говорит, дели на три. У гражданских людей для того, чтобы в леса отступить, весь
