Планета Земля пережила катаклизм, и от привычного мира остались лишь осколки. Большая часть человечества погибла в результате применения боевого модифицированного вируса чёрной оспы. Болезнь не делала различия между людьми и никого не делила по цвету кожи, она их попросту убивала.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
световой день в запасе был. Соображаешь?
– Понял. Она умная, а я дурак. Девчонка меня на жалость разводила, а я чуть было не повёлся.
– Правильно. Поэтому уходим тихо, не привлекая к себе внимания. Всё ясно?
Как только стемнело, в сопровождении нашего проводника, отпустив на волю симпатичную умную девушку Наташу и вернув ей автомат, мы двинулись дальше. По широкой дуге отряд спокойно обогнул боевые порядки тульских крестоносцев, которые начали переправу на левый берег. А после этого мы отпустили Протасова. Он поклонился в пояс, пробурчал слова благодарности, повесил своё оружие на шею и, немного отойдя от нас, сначала прибавил шагу, а затем и побежал. Видимо, десятник до последнего момента думал, что его убьют.
Прошагав всю ночь, к следующему утру мы уже были в двадцати километрах выше по реке. Здесь обнаружили небольшую рыбацкую деревушку, с тихими, незлобивыми жителями. При их помощи отряд переправился на левый берег, передохнул и, держась как ориентира реки Жиздры, снова пустился в дорогу.
Идём день, второй, на третий отряд прошёл окраину покинутого людьми Козельска, и километрах в восьми от него случилось очередное дорожное происшествие.
Вокруг нас всё те же леса, попадаются засеянные пшеницей и овсом небольшие возделанные поля. По левую руку – река и пара впопыхах брошенных лодок. А перед нами ничем не примечательная, огороженная кирпичными стенами деревушка, человек на триста жителей. Местные люди нас боятся. Они заметили передовой дозор, который ни от кого не скрывался, и над окрестностями прокатился тревожный звук металлического била. Деревянные ворота поселения захлопнулись, а на стенах появились вооружённые огнестрельным и холодным оружием мужчины.
Мы решили не нервировать мирных аграриев и, не вступая с ними в контакт, пройти мимо. Припасы у нас имеются, люди не устали, и отдых отряду пока не требуется.
Удобная для продвижения дорога пролегала метрах в четырёхстах от стены. Обходить поселение по дебрям – потеря времени. Тяжёлого оружия в посёлке не замечено, так что, разбившись на группы и вытянувшись в длинные походные шеренги, отряд мирно идёт мимо деревушки и никого не трогает.
И вот, когда стены уже остались в нашем тылу и даже конченый дебил должен был понять, что от нас беды ждать не стоит, от поселения прозвучал одинокий выстрел. Пуля местного снайпера, стрелявшего непонятно из чего с расстояния в пятьсот метров, насмерть уложила идущего крайним в тыловом дозоре наёмника, который пристал к нашему отряду ещё в Турции и, скорее всего, был шпионом трабзонского разведчика доктора Галима Талата. Турок был хорошим бойцом, многое с нами прошёл, но смерть всё же нашла его.
Воины рассыпались по лесу, на опушку которого мы уже вышли. И на скором военном совете было решено ситуацию на самотёк не бросать. Гибель одного из наших людей должна быть отомщена. Для нас это неписаный закон и руководство к действию. Дождавшись темноты, через картофельные поля мы подошли к посёлку, в котором никто не спал. За стенами были слышны приглушённые голоса местных жителей, лаяли дворовые псы и гдето плакали дети. Напряжение, царящее внутри, чувствовалось всеми, и эту смесь страха и волнения можно было ощутить даже без помощи Лихого. Один выстрел, одна смерть – и наказание для всего поселения.
Группы вышли на исходные позиции. Оставалось только отдать команду на штурм, и начнётся работа. Наши снайперы выбьют людей на стене, автоматчики обстреляют из ГП25 деревянные ворота, и, пока местные жители сосредоточат своё внимание на защите пролома, пластуны перелезут через стену и атакуют их с тыла. Я взял в руки рацию и приготовился вызвать на связь лейтенантов. Но настороженную ночную тишину разорвал сильный, уверенный голос изза стены:
– Эй, воины, вы здесь?!
На стене, не таясь, держа в руке факел, появился человек, лицо которого разглядеть нельзя, а силуэт был идеальной мишенью для наших стрелков.
– Да, мы здесь! – отозвался я сельскому жителю.
Переговорщик, или кто он там, прокашлялся и сказал:
– Мы не знаем, кто вы, и знать не хотим. Смерть вашего человека случайность, у молодого охотника палец на спусковом крючке дрогнул. Мы приносим свои извинения.
– С полукилометра – и палец дрогнул? Эту хрень ты кому другому объясняй. Не верю тебе. А что касается ваших извинений, то засуньте их себе в задний проход. Погиб наш товарищ, и вы за это ответите.
– У нас есть чем вас встретить. – Голос мужика еле заметно дрогнул.
– Начхать! Сейчас вас гранатами закидаем, а стену вашу взорвём. Готовьтесь к смерти!
Парламентёр помедлил и снова заговорил:
– А если жизнь на жизнь обменяем?
Вариант был приемлемый, и я ответил
