Планета Земля пережила катаклизм, и от привычного мира остались лишь осколки. Большая часть человечества погибла в результате применения боевого модифицированного вируса чёрной оспы. Болезнь не делала различия между людьми и никого не делила по цвету кожи, она их попросту убивала.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
в комнате, где я остановился на постой, под горячий свежезаваренный чай, раскинув на столе карту Воронежской области, мы перешли к делам сегодняшним.
– Как вы сюда добирались, мужчины? – спросил я наших дипломатов.
– Пешком, – нахмурился Татаринцев.
– А что так? – удивился я. – Ведь есть путь по Дону, которым ещё лет восемь назад купцы из Ростова пользовались, да и самолёт могли бы до Воронежа сгонять.
– Река на замке. Сектанты вдоль берегов сидят и расстреливают всё, что по ней идёт. Наши промышленники сейчас бронекатера и канонерские лодки строят, но в боевой поход они выйдут ещё не скоро. Дай боги, к осени только первый монитор к Воронежу попробует прорваться. А насчёт самолётов, то с этим тоже не всё так гладко и красиво, как может издалека показаться. Они есть, и помимо АН2 в Ейске новые типы самолётов начали выпускать. В газетах писали, что они почти точные копии пассажирского ЛИ2 и бомбардировщика СБ. Вот только падают слишком часто, и, честное слово, по земле ходить спокойней и надёжней.
– Понятно. А здесь, в Воронеже, чем заниматься будете? Ведь вы не вдвоём прибыли, насколько я понимаю?
– Конечно не вдвоём. – Майор усмехнулся. – Нас здесь сорок человек. Основная задача, помимо общих дипломатических функций и разведки, работа с местными войсками, милицией и ополченцами.
– Военные советники, что ли?
– Они самые.
– И как вам местные вояки? Сдержат Внуков Зари?
На этот вопрос ответил Миронов, который поморщился, как от резкой зубной боли, и сказал:
– Если сектанты всерьёз надавят, то нет, не сдержат. Пограничники – самый боеспособный элемент и местность по области хорошо знают, но их мало. Они взводами раскиданы по всем анклавам, и даже если их в кулак собрать, то это максимум двести пятьдесят человек будет. За ними, следующими по боеспособности, стоят милиционные части, где в общей численности сотен пять бойцов наберётся. Однако оружия у них нет, боеприпасов нет, а холодное оружие они не освоили. Что же касается ополчения, так это полный атас. Мужички живут и знать ни про какую войну ничего не хотят. Считают, что всё обойдётся, а на самый крайний случай они с семьями всегда смогут в лесах отсидеться.
– А правительство местное куда смотрит?
– Оно смотрит на север, куда в случае серьёзной опасности сбежать сможет. И единственный, на кого можно положиться, – это Качалин.
– Кто такой?
– Министр Обороны и Внутренних Дел в одном лице. Физически слабый человек, возраст преклонный и болеет много, но стерженёк внутри имеется, и такой сдаваться не станет.
– Хоть это хорошо. – Сделав глоток чая, я посмотрел в пыльное окно, где на площади перед вокзалом наши воины чистили лошадей, и, вновь повернувшись к дипломатам, продолжил задавать интересующие меня вопросы: – Пока с Дона к Воронежу шли, сектантов много встретили?
– Нашим путём хочешь домой вернуться? – переспросил Татаринцев.
– Да, тороплюсь, а то запарился на чужбине.
– Сектантов ходит много, и за ними вся территория от Павловска до Миллерова. Считай, почти сто пятьдесят километров по прямой. Что удивительно, мы прошли спокойно. Два раза мы крупные отряды сатанистов встречали, по тричетыре сотни бойцов, но они кудато на северовосток пёрли. При желании могли бы всех нас в блин раскатать и в лесах положить, но почемуто пропускали и преследовать не пытались.
– Действительно, странно.
– Очень.
– А что Триумвират говорит?
– Видимо, чтото знают, но отмалчиваются. Мы попытались навести справки, однако результат нулевой.
– Ладно, разберёмся. Что со связью?
– С Краснодаром через мощные ретрансляторы в Шахтах и Ростове каждый день в 20.00 общаемся. О том, что ты уже на подходе, ещё вчера сообщили, так что вечером добро пожаловать к нам в гости, сможешь со своим начальством пообщаться и ЦУ получить, а потом посидим, выпьем и былое вспомним.
– Договорились, только адрес скажите.
– Мы на соседней улице остановились, а дорогу к нам тебе любой патрульный укажет.
– Обязательно буду.
На этом разговор сам собой притух, у Татаринцева и Миронова было много дел, и они нас покинули. Дипломаты ушли, а я отправился посмотреть, как устроились воины и где лейтенанты выставили караулы. Удостоверившись, что всё в порядке, настроение личного состава бодрое, я вернулся в комнату и занялся тем, до чего в дороге никак руки не доходили.
От покойных братьев Молиных мне достался «сундучок со сказками», как я его сам для себя определил, а если конкретно, то вся их поганая бухгалтерия, где берёзовцы отмечали каждую свою жертву и добычу, которую с неё сняли. Презабавное чтиво. Мерзкое, конечно, но информативное,
