Ваши родители когда-нибудь были недовольны вашим парнем? Вы спорили с их мнением? А если этот парень — ваш двоюродный брат? Приходилось ли вам бороться за свое счастье с самыми близкими? Приходилось ли проигрывать и предавать все свои мечты, в безнадежной и иррациональной попытке спасти жизнь любимого?
Авторы: Горовая Ольга Вадимовна
пальцы, и смотрели как медленно просыпаются дома и районы, как неторопливо стекаются люди к остановкам. В шесть утра мало кто выбирался из дому, хоть и в четверг.
У них же выбора не было — экзамен начинался ровно в восемь. Но запускать в аудиторию начинали за полчаса до этого. А перед запуском — проводили инструктаж и сверяли присутствующих со списками абитуриентов. Таким образом, у Игоря в запасе оставалось не больше получаса.
В этот день Ира впервые поняла почему ожидание — одно из самых тяжелых испытаний. Когда ты можешь только сидеть или нервно мерить шагами небольшое пространство перед лавочкой, смотреть на других, таких же взволнованных, напряженных родственников абитуриентов — и ждать.
Это изматывало, давало чувство беспомощности и слабости. Рождало неуверенность в себе.
Ни ее знания, ни вся поддержка, которую Ире хотелось бы передать брату — не могли быть использованы здесь, за стенами зала, в котором он писал экзаменационные задания. И потому она просто молча смотрела в асфальт перед собой, уже забыв и об утре, и о ссоре с тетей, мысленно повторяя «пожалуйста», сама не зная, к кому обращает свою мольбу. Но ей отчаянно сильно хотелось, чтобы Игорь вступил. Он заслужил это место. А она… без него ей в университете все равно делать нечего.
Кузен вышел через четыре часа, которые показались Ире какой-то глухой и бесцельной вечностью. Увидев ее, сидящую на одной из самых дальних лавочек, Игорь улыбнулся и подошел.
А она даже встать не смогла. Ноги не держали после всех этих часов напряженных попыток сдержать нервозное дерганья.
— Пошли? — Игорь протянул ей руку, словно бы отходил куда-то на минутку, все с той же спокойной уверенностью глядя в глаза сестры, с которой и уходил на экзамен.
Ира ухватилась за его пальцы, чувствуя, как покалывают затекшие икроножные мышцы.
— Ну… как? — робко, почти шепотом, со страхом спросила она, опасаясь, что Игорь не захочет сейчас говорить о том, что только что было. Он вообще не любил обсуждать контрольные и экзамены после их сдачи. Весь разбор ошибок, если таковые и случались — откладывал на тот момент, когда уже точно знал результат. Говорил, что нечего зря мотать нервы ни себе, ни ей.
— Написал, — брат безразлично передернул плечами и протянул руку, вытащив из ее волос маленький листик акации, под ветками которой она сидела. — А там — узнаем послезавтра.
— Как ты можешь так спокойно говорить об этом? — в который раз за эти напряженные дни, почти с возмущением проворчала Ира, идя следом за Игорем.
Он рассмеялся, закинув рюкзак за спину.
— Ты все равно не то, что за двоих, за троих нервничаешь, какой смысл еще и мне волноваться? — шутливо пожурил он ее, притянув сестру к себе и прижал к своему боку. — Все, что мог — я сделал, теперь нам остается только ждать результатов. А пока, — Игорь лукаво посмотрел на нее сверху вниз и, стремительно наклонившись, неожиданно поцеловал Иру в губы. — Пошли, я накормлю тебя мороженным, все равно, по такой жаре ты от любого другого обеда откажешься, — ласково погладив ее по щеке, вздохнул брат.
Против воли Ира улыбнулась. Она действительно не могла заставить себя что-то есть до самого вечера, только на мороженное и соглашалась всю эту неделю, когда столбик термометра поднялся выше тридцати пяти градусов в тени. Но разве об этом сейчас стоило думать и говорить?
Впрочем, Игоря все равно переспорить было невозможно. А потому, смирившись с тем, что тема экзамена закрыта — она кивнула, соглашаясь на его предложение.
Домой они вернулись только к вечеру, успев прогуляться и по набережной, и по парку у дома. Все равно, в этот день сил готовиться к следующему экзамену у Игоря не было. Да и потом, они оба надеялись, что он наберет после первого достаточное количество баллов, чтобы пройти, учитывая медаль и результаты олимпиады. Потому и не торопились. А вот переступив порог квартиры — оба об этом пожалели.
Родители уже находились дома. И похоже тетя Марина не забыла, чем закончился утренний разговор. Во всяком случае, хмурый вид дяди Вовы и виноватые, грустные, наполненные стыдом глаза матери — ясно показали Ире, что уже досталось всем.
Бабушка сидела на кресле и недовольно смотрела на своих дочерей. Она оказалась единственной, кто улыбнулся Игорю и Ире, когда те застыли на пороге залы.
Игорь остановился прямо в дверях, не пустив сестру дальше. Она так и замерла, немного выглядывая из-за его плеча, пытаясь понять, что же именно творится сегодня со взрослыми.
— Как экзамен, Игореш? — несколько неуверенно и нервно поинтересовался дядя Вова, вытерев пальцами лоб. Видно он честно пытался разрядить атмосферу.
